По мере чтения короткого и сухого письма лицо её все больше каменело. Так вот в чем причина того, что Рен не попытался пробиться силой! И очень плохо, что они не знают, сколько продлится действие той отравы, что подлили Рену вчера...
Убедившись, что выучила послание наизусть, девушка снова вывернула ткань и взялась за иголку. В конце концов, ей же принесли камзол починить? Вот этим она и займется, тем более, что рукоделие займет лишь руки, не мешая думать.
Усилием воли отогнав воспоминания о довольном виде Фарисы, о словах служанки и о взглядах, которые бросали на нее женщины кочевников, Эли принялась размышлять. Рен подумал о том же, что и она - её легко раскрыть, а значит, убираться отсюда нужно как можно быстрее. И его предположение о том, что можно воспользоваться связью браслетов, вполне логично - удалось же это в особняке лорда Сиарна! Но попытка у них будет только одна...
Боль обручем сжала голову, на миг стало трудно дышать. Потерев виски, Эли поморщилась и вдруг насторожилась - в воздухе было что-то странное... Она растерянно огляделась по сторонам, принюхалась и вдруг усмехнулась - ну конечно же! Всего лишь гроза идет, они в степи хотя и редки, но всё же случаются... или они с Реном её каким-то образом притянули? Впрочем, случайность это или нет, но именно гроза может им помочь, надо лишь предупредить Рена. И как? Хотя... "Почему бы и нет, надеюсь, он догадается", - подумала она. Сделав последние стежки, Эли достала иглу и нитки для вышивания и принялась за работу.
Отложив в сторонку аккуратно зашитый камзол, по черной ткани которого теперь вились едва заметные темно-зеленые узоры, напоминающие стилизованные листья, Эли выдохнула и потрясла кистями. Придирчиво осмотрев свою работу, она удовлетворенно кивнула, мысленно поблагодарив матушку и учителей в Школе, заставивших-таки свою непоседливую дочь и ученицу научиться истинно женским искусствам. Узор выглядел уместно и даже благородно...
Встав, Эли прошлась по комнатке и, чуть отодвинув полог, осторожно выглянула наружу. Да, она была права, гроза была все ближе... Недобро усмехнувшись, девушка вернулась на лежанку и вновь взялась за иглу.
- Красиво, - Айсиль села рядом, - можно посмотреть?
Эли кивнула и протянула ей одну из своих рубашек, которую сейчас вышивала. Проведя пальцами по узору, Айсиль тихонько спросила:
- Оберег?
Эли виновато посмотрела на нее и кивнула. Та поджала губы, бросила взгляд на камзол и сказала:
- Я отнесу его твоему мужу. А ты, - она понизила голос и протянула Эли лепешки, достав их из-под накидки, - поешь, это не очень вкусно, но полезно.
- Спасибо, - тихо произнесла та, пряча лепешки.
Айсиль взяла камзол и вышла. Эли услышала, как она что-то кому-то сказала, потом голос Жализ, чьи-то мужские голоса... Оглядываясь по сторонам, она быстро проглотила лепешки и недобро усмехнулась: пожалуй, стоит отблагодарить Айсиль, и лучше всего это сделать, прижав самую старшую из жен Итаро. А вот как... Что ж, ещё несколько часов у нее есть...
Рен усилием воли заставлял себя не метаться по шатру. Передали ли Эли его камзол? Нашла ли она послание? Сможет ли каким-либо способом с ним связаться, да и захочет ли? О том, сможет ли она понять его действия и простить их, ему и вовсе не хотелось думать - сейчас главным было выбраться отсюда.
Все эти часы он перемежал упражнения по контролю над Силой с кровожадными мыслями. Принесенный полчаса назад обед, щедро приправленный зельями - свободными от них оказались, судя по реакции брачного браслета, только лепешки - отправился туда же, куда и утреннее вино. Судя по всему, лишившее его связи с магией зелье имело довольно кратковременный эффект, так что с каждой минутой Рен все больше надеялся на то, что к вечеру его силы вернутся. И тогда... О, тогда Васир пожалеет... если успеет осознать, что именно с ним произошло! Только бы Эли ни во что не вляпалась...
Полог отодвинулся, впуская в шатёр одну из трех женщин, что были тогда в шатре Итаро, самую младшую из них. Следом за ней зашел один из охраняющих шатёр воинов, на которого молодая женщина бросила явно недовольный взгляд. Помявшись, она сказала:
- Я Айсиль, младшая жена Итаро, мне поручено присматривать за твоей женой. Благо, она хорошая женщина, смирная и скромная, - последние слова она произнесла с нажимом, - сидит в шатре и рукодельничает. Вот, зашила твою одежду.
Протянув камзол, она бросила на Рена быстрый оценивающий взгляд, поклонилась и вышла. Едва оставшись в одиночестве, Рен опустил взгляд на камзол - вышивку он заметил сразу - и довольно долго рассматривал его, после чего покачал головой, чувствуя невероятное облегчение и искреннее восхищение умом Эли. Всего несколько слов на эльфийском, старом его письменном варианте, где буквы больше были похожи на сплетения веточек и листьев, а слова записывались буквально двумя-тремя символами... Как- то раз во время дневного перегона они разговорились об иностранных языках, так что Эли хорошо знала о том, что он сможет понять её послание. А вот кто-то другой не увидел бы в вышивке ничего, кроме обычного, пусть и довольно изящного украшения! "Умница, какая же умница, - с нежностью подумал он, - даже союзницу себе ухитрилась найти, и обвести вокруг пальца всех вокруг, не зря же эта Айсиль так выделила слова "смирная и скромная"! Это Эли-то смирная?"