Прикрыв на секунду глаза, мысленно стала перебирать знакомые мне ауры. Точно! Такая же зелёная с едва различимыми золотыми ниточками была у одного из следователей. Господин Же’миранье. Не очень приятный оборотень, но дело он своё знает.
Хм...
Странно. Как у него оказалось послание? Или я чего-то не знаю? И Главный Следователь всё-таки мне наврал и этим делом кто-то занимался? Ладно. Не будем пока делать поспешных выводов, но всё же.
Я внимательно осмотрела остальные документы, разложенные по комнате. И везде, в каждой стопке, да я даже могу поклясться, что на каждом листе был отпечаток следователя.
Если это дело было изначально поручено Же’миранье, почему же сейчас им занимаемся мы с Ремом?
Так, пока не стоит забегать вперёд, будем думать обо всём по порядку. Сейчас мне нужно просмотреть документы и найти что-то, что может помочь мне в расследовании. А уже после, можно задаться вопросом зачем мистер Гарсинуес соврал мне.
Итак, я, Рем, Же’миранье и мистер Биэльё. Значит остаётся ещё двое неизвестных. На чистом листке, я описала запоминающиеся черты в следах ауры и принялась за следующий лист из стопки.
Прочитать, осмотреть, сделать пометки. Работа однообразная, монотонная. Не удивительно что я стала быстро уставать. Отложив очередную угрозу, связанную как не странно с женщиной, пришла к выводу что наш орк был очень любвеобилен. По моим подсчётам у него было семь любовниц. Причём судя по любовным посланиям и угрозам, девушки были совершенно разных слоёв общества, возрастов и характеров. Но знание этого факта ничем не поможет мне в раскрытии убийства.
Я поднялась, разгоняя кровь по затёкшим, от долгого сиденья, конечностям.
Может попробовать посмотреть на всё немного с другого угла? Скажем, начать разбирать дело с окружения главного секретаря, на которое я раньше не обращала внимания. Явных врагов у орка было четверо, но у каждого из них были вполне весомые свидетельства невиновности, по причине отсутствия в столице в течение месяца. Хотя всегда можно нанять убийцу.
Эх.
В общем...
Задумчиво осмотревшись по сторонам, содрогаясь от количества бумаги, которую мне всё ещё нужно было просмотреть, печально вздохнула.
Итак, начнём с самого начала и в этот раз не будем упускать ничего.
Зайдя в свою смотровую, а также свой кабинет по совместительству, подошла к столу, где всё ещё лежал в стазисе орк. Осматривать труп больше смысла не было, поэтому я, лишь взяла личное дело убитого, отчёт о вскрытии, а также показания свидетеля, который обнаружил труп, вернулась в холл-кабинет.
На дальней, большой пустой стене я и стала выклеивать карту «ближайшей жизни» мистера Биэльё.
Если бы Рем сейчас увидел, что я здесь творю, думаю, он без каких-либо мук совести оторвал мне руки, а может ещё и голову. Но это не точно. Каждый раз, когда я устраивала нечто подобное, создавая карты преступлений, добавляя все новые и новые улики, попутно расклеивая всё это многообразие бумажек на стене, эльф тяжко вздыхал. Ещё попутно жаловался на совершенно неаккуратную меня и постоянно просил сорвать все улики со стены и больше не устраивать подобный кавардак, где бы то ни было, по крайней мере в его поле зрения. Видите ли, это расстраивает его чувство прекрасного.
Стоит ли говорить, что я была категорически не согласной с подобным, и сдаваться совершенно не собиралась.
Паутинка из набравшихся данных плелась медленно, но вполне уверенно. Я добавляла к уже точно известным сведеньям полученные только что данные, но сейчас было видно, что мне снова не хватает информации, для того чтобы выстроить окончательную картинку. Сделав несколько шагов, назад внимательно осмотрела получившуюся импровизированную доску. Выходило достаточно много пустых пятен, которые я при всём желании не смогу заполнить, по крайней мере пока не найду след, чтобы всё наконец-таки пришло в движение, и я смогла бы раскрыть это порядком доставшее меня дело.
С бумагами я разбиралась до самого утра, пока Лайсе не стал настаивать на мом возвращения во дворец. Как я и ожидала я успела осмотреть лишь половину всех документов. Ничего интересного. Значит, мне не остаётся ничего другого, кроме как вернуться на место преступления. Правда сначала всё же придётся докопать всю эту кучу бумаги.
Как же не хочется возвращаться во дворец. Возможно, только возможно конечно, но я наконец-таки смогла хоть на немного продвинуться в этом странном деле.
Хранитель настаивает на немедленном возвращении, грозя мне тем, что больше не позволит мне покидать приделов дворца. Остаётся лишь вынужденно согласиться.