- Саша, ты где? – спросила она, оглядывая кухню.
- Зачем ты пришла? Я же просил оставить меня? Просил! Почему ты лишила меня даже такой малости? – возмущенно вопрошал он.
- Дорогой, ты устал, тебе нужно отдохнуть. Пойдем спать, - пыталась говорить спокойно Ирина, подходя к нему. Мужчина был изрядно пьян, но с большим трудом встал с пола, где только что сидел. Он пытался стоять прямо, но это плохо получалось. Девушка хотела его поддержать, но он резко отклонился назад, и чуть было не упал. После того как снова выпрямился, загадочно улыбнулся, и, погрозив пальцем, сказал:
- Я что-то забыл – кто кому должен?
- Я не понимаю о чем ты? Давай обсудим это завтра, - устало предложила Ирина.
- Почему завтра? Я хочу сейчас! Вот ты мне скажи – кто кому платит?
- За что? – искренне удивилась Ирина.
- Как за что? За постель. Я тебе или ты мне? Судя по тому, что я нахожусь дома, пьян в стельку, и ты меня зовешь в постель, наверное, я должен буду заплатить тебе. Вот так да! Сам разобрался, - на его лице расплылась счастливая улыбка.
Девушка была в шоке, она даже ухватилась за край стола, чтобы не упасть, так как ноги отказывались ей служить. «Значит, он относится ко мне как к проститутке!?» она нашла в себе силы и, вздернув подбородок, гордо сказала:
- Думаю, что у тебя не хватит денег, чтобы расплатиться со мной за это.
- Ты думаешь? Там в тумбочке в спальне, возьми, сколько надо, а сейчас оставь меня. Я сегодня не в форме, - и он тяжело осел на стул, который стоял рядом.
Ирина, глотая слезы, гордо ушла с кухни, степенно поднялась по лестнице, а в душе – бушевала буря, руки плотно сжаты в кулаки, зубы стиснуты до боли в скулах, а в мозгу бьется одна мысль: «Он не увидит моих слез! Он не увидит как мне больно! Никогда!»
Девушка вошла в комнату, и слезы хлынули нескончаемым потоком, но они не помешали ей собрать вещи. Перед тем как покинуть комнату, она открыла его тумбочку, достала все деньги, которые там были, и со злостью сжала их в руке:
- Дешево решил отделаться! – сказала Ирина и, взяв сумку с вещами, пошла прочь из этого дома, в котором испытала неземное блаженство, холодящий страх за любимого человека и жуткий позор от него же. Это было местом кипучих страстей. Она нежданно попала в этот дом и так же непредвиденно покидает его. Глубоко вздохнула и решительно открыла дверь.
На середине лестницы стоял Саша.
- Я заказал тебе такси. Заведение платит. Денег хватило или еще добавить? – поинтересовался он, едва справляясь со своим заплетающимся языком.
Ирина подошла к нему поближе и со словами:
- Подавись своими деньгами, прибереги их для своих шлюх. Ты меня явно с ними перепутал! – швырнула в лицо все деньги, которые были в руке, а потом, желая, расчисть себе дорогу, оттолкнула его. Он покачнулся, нарушенная координация не позволила устоять на ногах, и кубарем скатился к подножию лестницы. Девушке на секунду стало жаль его, но это была лишь секундная слабость. Она переступила через него, распластанного и ничего не соображающего, и вышла вон, а потом вновь зашла и бросила к его ногам ключи от дома.
Возле ворот стояло такси, ожидавшее ее, Ирина села и назвала адрес родителей. Шофер, привычный ко всякого рода ситуациям, все же поглядывал в зеркало заднего вида на симпатичную пассажирку, которая была и расстроена и обозлена одновременно. Он хотел, заговорить, чтобы отвлечь девушку от неприятных дум, но, поймав в зеркале взгляд, который откровенно говорил «Молчи, лучше молчи!», передумал.
Глава 31
Ирина ехала и перебирала в памяти все события и поступки. Что она сделала не так? Чем заслужила такое обращение к себе? Тут ход ее мыслей прервал какой-то голос, просивший ее вернуться. Она отогнала его, подумав, что это чувство вины гложет ее. Ведь на пьяных не обижаются. Однако, «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке», говорит народная мудрость. Но голос, зовущий ее обратно, приходил снова и снова. Машина подъехала к указанному дому, но дверцы в машине не открывались.
- Откройте двери, - недовольно сказала Ирина шоферу.
- Если бы мог, давно бы сделал. Чертовщина какая-то, - сокрушался водитель.
- Вернись! – приказал голос, и за стеклом появилось лицо женщины. – Вернись пока не поздно! Вернись, прошу тебя. Обида пройдет, вина останется. Прошу вернись, не ради него, ради себя, - умоляла женщина за стеклом.