- Ты ведь не винишь себя в смерти Коли?
- Скорее да, чем нет. Но я не знал, что они замышляют.
- Просто ты очень любил его и даже как-то немного опекал как старший брат младшего.
- Может быть, но от этого не легче.
- Не надо. Ты сделал все, что было в твоих силах.
- Правда? Ты изменила свое мнение на этот счет?
- С чего ты взял?
- Я видел твои глаза прежде, чем ушел. Мне показалось, что ты обвиняешь меня в его смерти.
- Прости, думала о более плохих вещах, не честных по отношению к тебе, - она немного подождала, думая говорить ему или нет о своих мыслях, - я считаю, что ты должен это знать. Я думала, как не справедливо, что такой человек как Колька, который никому не причинил вреда, умер, а ты…
- А я такой плохой и остался жить, - перебил он Нику.
- Да, - смело, глядя ему в глаза, ответила Ника.
- А ты молодец – умеешь отвечать за свои слова, - сказал он, и его губы неожиданно расплылись в улыбке.
- Ты же не поднимешь руку на женщину? Тем более на подругу твоего друга.
- Ты же меня чуть ли не монстром считаешь?
- Я слышала, что ты сказал о том, что ты убил кого-то, и мне показалось, что не одного.
- Но это были честные поединки, я никогда не нападал со спины, хотя по отношению ко мне ни раз применяли такой прием.
- Но Колюшка …
- Да, твой Колюшка был миронисицей. А я не смог простить им то, что они сделали. Убил и того, кто убил Николая. На мне не одно и не два подобных убийства. Так что иди в милицию расскажи им, может быть, меня посадят, и твоя душа успокоится, - начал злиться молодой человек.
Ника со всего маху ударила его по щеке, потом по другой.
- Ну что, пришел в чувство? Или еще надо? – ее щеки горели, глаза блестели воинственным блеском. Саша сцепил зубы и промолчал. Обычные женские штучки. Это все от бессилья. Он сильнее этого. Выше. Он мужчина. Заученные фразы дали сил, чтобы не сорваться.
- Отношения выяснили, теперь можно идти.
Спустя тридцать минут они были около подъезда Ники.
- У меня такое ощущение, что это подъезд, в котором ты живешь.
- Твое ощущение тебя не обманывает. Пойдем?
- Если ты настаиваешь?
- Да, настаиваю.
Дверь открыла мама Ники и недобро взглянула на Сашку.
- Проходи, раздевайся. Сейчас будем обедать, - сказала Ника.
- Да, я не голоден, - смущенно ответил Саша.
Его смущение рассмешило Нику, и сквозь смех она сказала:
- Ладно, ладно не стесняйся. Время ужина уже, а поспорим, что ты еще даже не обедал.
- Ты абсолютно права даже спорить не буду.
- Считаю тему закрытой, поэтому марш в ванную мыть руки.
Сашке ничего не оставалось делать, как подчиниться, а когда на кухне запахло борщом и жарким, он понял по серенаде желудка, на сколько голоден. Никина мама ушла в комнату и больше оттуда не выходила, но они этого даже не заметили. Они весело болтали, а после обеда Ника заговорщески сощурила глаза и шепотом сказала:
- Теперь закрой глаза и обещай не подглядывать. Откроешь только тогда, когда я разрешу.
Сашка удивился, но промолчал. Ника отвела его в другую комнату и торжественно разрешила открыть глаза. Молодой человек открыл и ошалел – на него смотрели живые глазенки Кольки Нечаева.
- Боже мой, - он опустился на колени перед кроваткой, - это ваш сын? Кажется, я задал глупый вопрос. Ника, какая ты умница, и какой же я гад, что сразу не пришел и не помог тебе.
Ника тоже опустилась на колени рядом с кроваткой и Сашей.
- Раз не пришел, значит, не мог.
- Если бы не эта неожиданная встреча я бы не осмелился прийти.
- Обязательно бы пришел, ты бы весь извелся, если б не сделал этого.
- Ты права. Ну и как назвала карапуза?
Он взял мальчугана на руки и тут же забыл обо всем. Сашка держал в своих руках маленького человека. Еще крохотного, но такого забавного. Он нежно прикоснулся губами к маленькому розовенькому лобику малыша. В ответ малыш весело заагукал. Он протянул к Сашиному лицу свои пухленькие ручки с крохотными пальчиками и стал изучать его. От малыша пахло молоком, миром и покоем. Этот запах дурманил Сашину голову, ему казалось, что он пьян – пьян от запаха и улыбки малыша, от его доверчивых прикосновений. Мальчуган бесстрашно коснулся Сашкиных губ, и Сашка чуть сжал его маленькие пальчики губами. Малыш не испугался и не заплакал, а наоборот засмеялся весело и переливчато.
У Саши все сжалось внутри, перехватило горло, глаза защипало от непрошенных слез.
Малыш смеялся.
Сашка прижал его к себе, прижался щекой к светлой макушке мальчугана и тихо прошептал:
- Никто и никогда не причинит тебе боль, не причинит страданий, пока бьется мое сердце, пока здравый ум и жизнь не покинут мое тело! Клянусь тебе! Клянусь!
Ника смотрела на них, и слезы нежности и тихого домашнего счастья струились из ее карих глаз. «Как хорошо. Остановить бы этот миг на всю жизнь», - подумалось ей. Но вот что-то холодное и скользкое змеей заползло в душу и сказало: «На его месте мог оказаться настоящий отец твоего сына, а не этот убийца!» Что-то всколыхнулось в ней, поддерживая это заявление, но сердце расставило все точки над «й»: «Он не, задумываясь, отдал бы свою жизнь за Николая. Смотри, как тянется к нему ваш ребенок, который никого к себе не подпускал, он не хмурится, а смеется. А Славка? Он до безумия счастлив».