- Немного познакомились поближе, - уклончиво ответил Саша.
Потом они сидели за столом, и пили чай. Сашка оказался весьма интересным собеседником. Он шутил и рассказывал смешные истории из своей жизни и жизни своих знакомых. Казалось, что этот парень баловень судьбы, что судьба как горячо любящая мать, дает ему все самое прекрасное и светлое, выполняет все его прихоти и капризы, прощает грехи, которые никогда никому другому не простила бы.
Светланка смотрела на него и думала: «Какой же он сильный?! Пройдя через очень многое, он остался добрым и нежным, приветливым и веселым. Это мой брат! Мой! И я его никому никогда не отдам. Он мне слишком нужен, чтобы снова потерять».
Шура веселился от души, его карие с зелеными крапинками глаза весело смеялись, когда он сам заразительно хохотал. На левой щеке у него то и дело появлялась маленькая ямочка, и у Светы постоянно возникало желание коснуться ее, а потом спуститься к такой же ямочке на подбородке. Когда Саша расстегнул верхние пуговицы рубашки, у Светланки появилось неожиданное желание прикоснуться к ямочке между ключицами, пройтись языком по этим же местам и спуститься ниже. «Какой он, наверное, сладкий», - мелькнуло у нее в голове. Но она тут же себя одернула, мысленно сказав: «Что ты себе позволяешь? Он же твой брат и только». «А может быть нет?!» - шепнул ей кто-то. «Нет. Нет и еще раз нет!» «А все-таки?» Девушка оставила вопрос без внимания.
Светланка улыбалась и шутила. Ей было так хорошо, как никогда раньше. С Андреем было все по-другому. С ним она не чувствовала этой легкости и покоя. Девушка поглядела в окно и увидела пушистый снег, который тихо падал за окном. Снежинки как звездочки серебрились под лунным светом, и ей вдруг очень захотелось на улицу. Идти по городу под порхающим снегом, в свете фонарей, а еще лучше идти по улицам, освещаемым светом Луны, время от времени, выглядывающей из-за снеговых туч. Идти вдвоем с Сашей, только он и она и больше никого. А еще лучше стоять близко-близко, нежиться в его крепких объятьях и целоваться до тех пор, пока не потрескаются губы от страстных поцелуев. «Опять! Ну и пусть. Я сегодня так рада, что Сашка вернулся. Это просто от радости в голову лезут такие глупости», - успокоила себя Света.
Александр проследил за Светкиным взглядом и понял так ясно и отчетливо, что она хочет, как будто Света сама ему об этом сказала. Да и он больше всего на свете сейчас хотел оказаться с ней на тихой заснеженной улице.
- Сестренка, прогуляемся на сон грядущий? – спросил Саша.
У Светки засветились глаза, как будто Шура исполнил самое сокровенное ее желание.
- Да, конечно. На улице сейчас так хорошо.
- Тогда собирайся тебе пять минут на сборы.
- Мне кажется, что уже несколько поздновато для прогулок, - вставила Нина Васильевна.
- В самый раз, - в один голос сказали молодые люди.
Светланка собралась с такой быстротой, что сама была удивлена своей скорости.
- Я уже готова! – крикнула она Саше и побежала в прихожую одеваться.
- Как? Значит, ты меня опередил! Так не честно, - сказала она «брату», который уже был готов к выходу.
- Я оделся, чтобы помочь это сделать тебе, - он подал ей пальто и помог его одеть, - и открыть перед дамой дверь, - игриво продолжил он.
- До свиданья, Нина Васильевна, и спокойной ночи. Светланку я доставлю прямо до дверей, - пообещал Саша.
- Я уж надеюсь! Смотрите не долго! Артисты.
- Нет, нет! Мы только совершим вечерний моцион, чтобы лучше спалось, - ответила, улыбаясь, Светлана и вышла из квартиры, а следом за ней и Саша.
Через несколько мгновений Светланка выбежала на улицу и полной грудью вдохнула морозный воздух.
- Как хорошо, - тихо прошептала она.
- Слишком хорошо, чтобы быть правдой, - добавил Саша, нежно обнял ее за талию и положил голову ей на плечо.
Светланка накрыла его руки своими, и кто-то опять ей шепнул: «Это он. Твой единственный на всю жизнь». «Да, он мой единственный брат на всю жизнь. Брат, о котором я мечтала», - заявила в ответ она внутреннему голосу.
- Пойдем, - предложил Саша.
- Пойдем, - согласилась она.
Они долго шли, держась за руки, и молчали. Они шли и чувствовали, как тихая радость и умиротворение наполняет их. Это было настолько необыкновенное чувство, что нарушить его словом было бы кощунством. Их мысли слегка путались, прыгая с одного на другое, но в целом они знали, что счастье бывает именно таким. Они были как два корабля, которые после долгих скитаний и штормов вернулись в родную гавань. На душе у каждого было легко и светло. Постепенно эти чувства заполнили сердца молодых людей, освобождая пространство для того, чтобы мыслить и задавать вопросы.