Создается впечатление, что арабские авторы увидели пирамиды по-своему, не так, как позднее увидели их европейцы, и не так, как видели их античные авторы. Откуда, к примеру, взялось свидетельство Масуди о нержавеющем металле и гибком стекле, то есть пластмассе? Можно лишь гадать. Ведь пластмасса стала известной столетия спустя после Масуди. Выходит, была цивилизация и до пирамид — может быть, та самая цивилизация атлантов, о которой поведал Платон?
И во времена не столь отдаленные мы находим свидетельства в пользу существования некогда Атлантиды, оставившей человечеству будущего искусство строить города и окружать их каналами (кольцами) так, как это делали атланты.
Почти все приморские народы в своих легендах и сказках хранят воспоминания об ужасном, все уничтожившем наводнении. Этот потоп — великая веха в истории: именно от него, по сути дела, берет история свое начало, ибо все, что было до потопа, поглотили пенистые волны.
Вот как представляли себе происхождение человека южноамериканские майя (предание записано в XVI веке Франческо де Бобадильо):
«До тех людей, что живут сейчас, вода опустошила весь мир, и все превратилось в море. Только два бога спаслись от потопа, потому что они жили на небесах. После потопа они сошли на землю и создали все заново. И мы тоже происходим от них, потому что все люди, жившие ранее, утонули в воде».
Сходный рассказ бытовал и в совсем другом краю Земли, но у него — в отличие от американского варианта — оказалось огромное число читателей. Мы имеем в виду репортаж о потопе, входящий в одну из книг Библии — «Бытие», или «Первую книгу Моисееву». Репортаж этот, однако, оригинальным произведением считать нельзя — он представляет собою всего лишь переработку более раннего сочинения.
На этот более ранний вариант легенды о всемирном потопе археологи наткнулись в пятидесятых годах прошлого столетия — на берегу Тигра, как раз напротив нефтяных полей Мосула, густо заросших теперь буровыми вышками. Прошло почти пятьдесят лет, пока ученые, работавшие в одной из небольших комнат Британского музея, сумели расшифровать клинописные записи на глиняных табличках — «Повесть о Гильгамеше:». Несколько позже на берегу Евфрата, в руинах столицы царя Хаммурапи — древнего Вавилона, был обнаружен другой экземпляр этой повести. Далее выяснилось, что легенду о Гильгамеше перевели на свой язык и хетты, и египтяне. Писцы с берегов Нила пометили красным те места, где встретились с языковыми трудностями при переводе. Следовательно, все говорит за то, что эпос о Гильгамеше относится к общим для древних народов сокровищам культуры.
Сама история Гильгамеша очень длинна и запутанна. По ходу событий он разыскивает своего предка, Ут-напиштима (Утнапишти), чтобы узнать от него секрет бессмертия. Утнапиштим не дает прямого ответа на его вопрос, но с неторопливостью и обстоятельностью, свойственными старикам, рассказывает о своей жизни. Когда-то давно он жил в Шуриппаке и был верным служителем бога Эа. Однажды небожители решили затопить Землю водой. Эа, однако, захотел спасти своего верного слугу и обратился к нему со словами предупреждения.
Утнапиштим построил корабль и спасся. Библия дополняет некоторыми нравственными поучениями эту историю: «Но земля растлилась пред лицеи Божиим, и наполнилась земля злодеяниями… И сказал Бог Ною: конец всякой плоти пришел пред лице Мое, ибо Земля наполнилась от них злодеяниями. И вот Я истреблю их с Земли. Сделай себе ковчег из дерева гофер: отделения сделай в ковчеге и осмоли его смолою внутри и снаружи… Введи также в ковчег из всех животных и от всякой плоти по паре, чтоб они остались с тобою в живых: мужского пола и женского пусть они будут».
Дальше история Ноя примерно повторяет историю Утнапиштима. В обоих случаях строятся суда, по сравнению с которыми самые современные океанские лайнеры показались бы карликами. Затем разверзаются хляби небесные, и вода заливает землю; говоря словами эпоса, люди обращаются в ил. Шесть дней носит буря корабль Утнапиштима и сорок дней — Ноев ковчег, пока, наконец, первый не пристает благополучно к горе Ницир, второй — к Арарту.