Пищиков понимал, что командарму непривычно видеть такие капониры среди берез и сосен. Прилетел с южного фронта, который все время наступал. Там авиационные части, особенно истребители, не засиживались подолгу на полевых аэродромах. Спешили за пехотой, и, конечно, таких капониров не строили.
- Давно командуете полком?
- Два года.
- Какой налет?
- Тысяча девятьсот часов.
Хукин посмотрел на Пищикова. Глаза маленькие, пронзительные. Стоя рядом, Пищиков заметил, что припухлые веки Хукина поднимаются с трудом. Болен? Не может быть! Наверное, просто устал. На новом месте всегда много работы, а тем более в этой армии.
- Когда летали штурмовать немецкие аэродромы?
- В прошлом году весной часто летали на Брянск, Спас-Демянск. Блокировали и штурмовали аэродромы. В этом году не...
- Засели в капонирах, и порядок. А кто будет жечь немецкие самолеты на их стоянках?
Своим вопросом командарм удивил Пищикова. Неужели он не знает, что удары по аэродромам противника планируются не в Куликах, а совсем в другом месте? Только плечами пожал. Понял, что новый командарм, наверное, Скоро задаст работенку и штурмовикам, и им, истребителям.
- Сами много сбили самолетов?
- Тринадцать. И семь в групповых боях.
- Чертова дюжина, - сказал Хукин, - А на разведку летали?
- Совсем недавно летали. До самого Минска и немного дальше. Смотрели, что делается на аэродромах противника. Летал командир звена Степанов. Разведал все и, возвращаясь домой, над Балбасовом сбил "фоккера". Командующий фронтом наградил его и ведомого...
- Степанов? Слыхал, слыхал.
Что-то вспомнил, видно, приятное, - глаза сразу заискрились, Приподнял, козырек фуражки. Теперь он как будто помолодел.
- Лично я в каждом боевом вылете веду разведку, - сказал Пищиков. - Хочется знать не только то, что делается в воздухе. Тянет глянуть и на землю...
- Так это же отлично!
Хукин спросил про последние воздушные бои. Интересовался, какие типы самолетов противника в них участвовали. Пищиков рассказывал, командарм слушал, не перебивая и не переспрашивая. По глазам можно было понять, что командарм это все уже знал. Помолчав, снова посмотрел на Пищикова. Спросил, какая у него семья, где она. Задумался.
- Надо самому съездить к жене. На месте поможешь, - сказал сухо.
- Да все дела...
- Вон там, - показал на площадку возле березника, - соберите летчиков. Скоро Дичковский прилетит.
Пищиков передал приказ Синявскому. Пока собирались эскадрильи, командарм разговорился, будто давным-давно был знаком с Пищиковым.
Наконец прилетел Дичковский.
- С французами одна беда, - доложил он. Рвутся ш линию фронта.
- Все в свое время. Делать так, как договорились, - сказал Хукин. - А теперь пойдемте к летчикам Пищикова.
Миновав КП, подошел к летчикам, поздоровался. Потом зашел с правого фланга. Остановился против майора Синявского. Замполит доложил. Хукин с усмешкой уставился на его усы..
- Часто приходится летать?
- Не отстаю от командиров эскадрилий.
- Отлично. Сколько имеете побед?
- Девять.
Спросив про общий налет, еще раз посмотрел на усы, но ничего не сказал, перешел к Ражникову.
- Во Львове служили?
- Так точно. В полку Иванова.
- Иванов погиб под Киевом в сорок первом.
- И Крылов, и Волгин. Помните их?
- Как же! Волгин был танцор, а Крылов пел...
- Спят хлопцы на высоком берегу Днепра.
- Вы давно в этой армии?
- Год перегонял "Кобры". В мае прошлого года прибыл сюда.
- Приятно встречать однополчан, - сказал командарм и перешел к Мохарту.
Обратил внимание на его загорелое лицо. Поинтересовался, когда и откуда прибыл в полк. Услыхав, что Мохарт в полку с конца сорок первого, глянул на Дичковского.
- Я подумал, что он вчера из Африки прилетел.
Возле Мохарта долго не задержался. Перешел к следующему летчику. Степанов? Удивился, когда узнал, что перед ним Степанов. Повернулся к Дичковскому, который вместе с Пищиковым стоял недалеко от него.
- Я представлял себе Степанова если не Голиафом, то примерно таким, как командир эскадрильи Мохарт. А он оказался ни тем, ни другим. - Хукин улыбнулся. - Такой красавец! Рад познакомиться. - Пожал руку летчику. - Какой у вас общий налет на истребителях?
Степанов бодро ответил.
- Сколько провели воздушных боев?
- Восемьдесят два. Успешных. В тридцатом бою под Орлом "фоккеры" все-таки сбили. Когда я очутился под куполом парашюта, фрицы хотели меня расстрелять в воздухе. Выручил Марсель Жази из "Нормандии".
- A-а, это хорошо. Французы снова в вашей дивизии...