Хукин перевел разговор на разведку. Поинтересовался, как Степанов летал в район Минска, как обходил зенитные батареи, как прокладывал маршрут туда и назад. Во все глаза рассматривал командира звена, который рассказывал, как разведывал немецкий аэродром Балбасово. Потом повернулся к Дичковскому.
- Кажется, я нашел то, что надо, - весело сказал он.
Пищиков не отважился спросить, что именно командарм нашел в его полку, а Дичковский, наверное, знал, так как ничего не сказал, только согласно кивнул головой.
"Степанов... Какой орел! Да и Пищиков готовый разведчик". - Хукин вынул из кармана платочек, снял фуражку, вытер лоб.
Брови его на какой-то миг насупились. Только на миг... А потом довольное выражение уже не сходило с лица, когда он говорил с летчиками. Интересовался общим налетом каждого, воздушными боями, спрашивал про тактические приемы противника.
Поговорив с первой эскадрильей, командарм глянул на Пищикова. Взгляд был короткий, но Пищиков понял, что летчики Мохарта ему понравились. Значит, хорошо. Надо радоваться. Однако Пищикова все еще не покидала настороженность. Его удивляло, что командарм так подробно знакомится с каждым летчиком. Можно было подумать, что через час полетит с ними в бой.
А может, в самом деле командарм готовит одновременный удар по передовым аэродромам противника и сейчас глядит, с кем придется работать? Пищиков еще в конце прошлого года не раз думал, что такие удары были бы очень эффективными. Самолеты противника легче жечь на стоянках, чем сбивать в воздушных боях. Тогда даже советовались с генералом Дичковским, но дальше разговоров дело не пошло. Но и для этого не нужно так долго толковать с каждым летчиком. Достаточно задачу довести до командиров полков. Они со своими людьми сделают все, что надо.
Значит, что-то другое. А если командарм решил сформировать специальный полк охотников? Дух захватило от такой догадки.
Хукин знакомился со второй эскадрильей. Пищиков стоял близко от него, но о чем шла речь, не слыхал. Что ж, сегодня, сейчас на охоту за линию фронта из его полка можно отправить добрых две эскадрильи. Остальные - обстрелянные летчики, молодежь, они участвовали в воздушных боях над своей территорией в составе групп и эскадрильи. Парами они еще не ходили над территорией противника. Но это ничего не значит. Полк можно доукомплектовать летчиками из других полков дивизии.
На какое-то время Пищикову показалось, что такой полк, именно его полк, уже готов. Летчики-охотники первыми поднимаются из Куликов и идут туда, где их никогда не ждал противник. Залетают в далекие его тылы, сбивают встречных истребителей, уничтожают транспортные самолеты. Ничто и никто не спрячется от них...
На такое дело он, Пищиков, готов хоть сегодня. Воевать так воевать. Такому командарму стоит показать, на что годится полк. Пусть посмотрит, что его летчики способны выполнить любое задание.
Пищиков глянул на затянутое дымкой голубое небо, на тихие стоянки и решительно отмахнулся от пришедших в голову мыслей. Чистейшая фантазия! И надо же так разволноваться!
Посмотрел на Дичковского. Командир дивизии спокойно стоял и слушал командарма, который кончал разговор с третьей эскадрильей. Когда же перешел к четверке молодых летчиков, особняком стоявших на левом фланге, и заговорил с ними, Пищиков уже успокоился.
- Желаю успехов в боевом полку! - сказал Хукин молодым летчикам и прошелся перед строем.
Он остановился напротив второй эскадрильи.
- Кто думает наступать, тот всегда заботится о разведке: мобильной, гибкой, разумной, а когда надо - и дерзкой. Командующий фронтом любит авиацию и хочет иметь такой полк, который бы с воздуха наблюдал за действиями противника, - сказал он - Такая задача поручается вам...
Пищиков чуть не свистнул. Вот тебе раз! Думал о чем угодно, а это и в голову не пришло. Окинул взглядом свои эскадрильи. Летчики слушали молча. Пищиков пока что один в полку ясно понимал, что им предстоит делать.
Слушал Хукина и во всем соглашался с ним. Сегодня посылать за линию фронта бомбардировщика-разведчика неразумно, подобно смерти. Если же дать ему для прикрытия истребители, последний фриц догадается, что летит разведчик. Теряется момент неожиданности. Другое дело - истребитель. Свалился на объект, как снег на голову - и только его видели. Конечно, чтобы хорошо вести визуальную разведку, надо уметь наблюдать. Как говорят, надо набить глаз, уметь разгадывать хитрости противника.
- Офицеры штаба армии проведут с вами занятия. Доверять целиком глазу не будем, многие объекты вам придется фотографировать. Завтра же к вам прибудет фотоотделение. - Немного помолчал, посмотрел на летчиков: - Вопросы есть?