Летчики молчали. Какие могут быть вопросы? Командование армии считает, что им надо вести разведку. Значит, научатся и полетят в разведку.
В третьей эскадрилье неожиданно отозвался капитан Жук.
- Я истребитель, - сказал он в тишине. - Полк же меняет профиль. Прошу откомандировать меня в истребительный полк.
Пищиков и Дичковский переглянулись. Пусть командарм и это знает. Что есть, то есть.
Хукин глянул на коренастого капитана Жука, потом машинально перевел взгляд на других летчиков и поймал себя на мысли, что не запомнил его лица. Надо же так!
- Не сел в кабину, а уже говорит, что она тесная. - Хукин оглядел строй. - Летчики, я не собираюсь вас деквалифицировать. Были вы истребителями и останетесь ими, только с небольшим, так сказать, уклоном - разведывательным. Интересы войны этого требуют. - Еще раз глянул на капитана Жука. - Если не хотите оставаться в полку, генерал Дичковский найдет вам место.
Командарм посмотрел на летчиков. В полку не все такие, как капитан Жук. Вон Ражников. Степанов. Или ведомый Степанова Кривохиж.
- Полеты прекратить, - сказал Хукин Пищикову, - Скоро к вам прибудут мои офицеры. Начинайте занятия. - Позвал к себе Ражникова, пожал руку, простился со всеми летчиками и в сопровождении Дичковского пошел к своему "По-2".
Стоя в строю, капитан Жук радовался, что в полку он один сказал командарму то, что хотел сказать. И никто его не осудит! Он хочет служить в истребительном полку, в самом обычном истребительном полку без каких-либо добавлений и отклонений. Кто может ему запретить? Никто. В этот момент он вспомнил один бой на Курской дуге. Эскадрилья шла тогда тесным строем. Атаковала группу "юнкерсов", которые летели бомбить наши боевые порядки и с первого захода сбили двух. На них свалились "фоккеры" прикрытия. Командир эскадрильи капитан Леонов вел своих летчиков; после его метких залпов внизу оставались полосы дыма сбитых им самолетов противника. У Леонова был острый глаз. Еще бы один удар, и небо стало бы чистым...
Леонов заметил, что самый правофланговый эскадрильи начал отставать. Подбили его, что ли? И над ним уже нависали два "фоккера". Помочь ему никто не мог. Повернув самолет, Леонов крикнул Жуку, чтобы тот вел эскдарилью, а сам бросился наперерез противнику. Подчиненного спас, однако сам, оторвавшись от группы, вспыхнул как спичка. На него с солнечной стороны свалились с разных направлений две пары "фоккеров". После атаки они веером разошлись в разные стороны...
С тех пор, став командиром эскадрильи, капитан Жук ходил компактным строем и считал эскадрилью стальным кулаком.
Отмахнувшись от воспоминаний, он перевел взгляд на Пищикова. Жуку казалось, что командир полка только о нем и думает, наверное, сейчас скажет, куда решил его перевести. Он же заявил, что хочет быть чистым истребителем. Однако Пищиков стоял и молчал. Даже ни разу не глянул на Жука, будто его вообще здесь не было. И занят был совсем другим. Теперь его полку придется от темна до темна висеть над объектами противника. Подвалила работенка!
- Задумались? - Посмотрел он на летчиков. - Что скажете?
На миг задержал взгляд на фигуре капитана Жука. Потом посмотрел на майора Синявского.
- Петр Фомич, так что ж? Выходит, не забыли нас. Нашли работу. Есть где разгуляться...
Синявский подошел к командиру. Тронул усы, внимательным взглядом обвел летчиков.
- Мне с вами легко говорить. Все вы коммунисты и комсомольцы. Сами слыхали, что сказал командующий. Интересы войны и победы требуют, чтоб мы научились вести разведку. Для нас это новая задача. Что ж, уже сейчас думайте, как справиться с ней, как лучше выполнить. Поле Деятельности теперь у нас значительно расширилось, - сказал он. - Будет где показать умение, хитрость, сноровку, храбрость. А нам, коммунистам и комсомольцам, умения и храбрости не занимать на стороне. С таким командиром, как наш, мы сможем и посложнее задачи решать. Знайте одно, что мы будем действовать впереди всей воздушной армии. Мы - глаза и уши высшего командования... - Синявский оглянулся и увидел генерала Дичковского, который проводил командарма и вернулся к эскадрильям. - Сделаем все. Понимаете...
- Дело ясное, - бодро сказал Дичковский. - Так или иначе, а каждый из вас, один больше, другой меньше, бывая за линией фронта, не раз вел разведку. Значит, вам и карты в руки. - Повернулся к Пищикову: - Так что, действуйте!
На этом разговор закончился, и все разошлись по своим эскадрильям.
С двенадцати часов, как и сказал командарм, начали прилетать армейские "По-2". Они высаживали на аэродром Кулики офицеров с толстыми портфелями, со свертками карт, выгружали ящики, футляры разных размеров.