– Иль, это было семьсот лет назад! И никаких сведений. Ну был. Ну, летал истребителем. Все! Кто сейчас что может сказать об этом? А то, что кнасторов нет, знаешь ли... вот поработаешь в ДС – узнаешь.
Арка Бетрисанды вспыхнула над головой тысячей радуг. Арнис посмотрел на смеющееся, осыпанное цветными искрами лицо подруги. Улыбнулся. Они ступили на темно-бархатную аллею, под свет круглых, матовых фонарей.
– Ну где они, эти кнасторы, Иль? Сколько наших погибло в акциях... Вот и мы с тобой убили сагона. Без всяких там огненных мечей и прочей фигни. Чего же нам никто, никогда не приходил на помощь...
– А может, они где-нибудь в невидимом мире... Ведь, Арнис, это логично звучит. Люди, обладающие теми же возможностями, что и сагоны. Но служащие Богу при этом. Почему нет?
Арнис пожал плечами.
– Потому что на практике мы не видим плодов их деятельности. Почему-то. Да и вообще рассчитывать на каких-то мифических кнасторов нельзя. Только на себя и на Бога. Иль, нам сюда. Ты уже не помнишь, где мама живет?
Ильгет с любопытством разглядывала своих новых товарищей. Только теперь Дэцин решился познакомить ее со всем отрядом. Хотя всех она уже видела раньше, все посещали ее в больнице, но по отдельности.
Собственно, это была декурия, самая низшая единица в квиринской армии, включающая 9-12 бойцов, но декурии, выполняющие особые задачи, называются отрядами или катервами (на Квирине довольно часто используют древний терранский язык, латынь, который попал на Эдоли вместе со святым Квиринусом и христианством).
Обстановка самая неформальная. Расселись кто куда, по креслам, стульям, Мира, наставница Ильгет, болтала ногами, сидя на краешке стола. Ильгет медленно обвела взглядом всех. Гэсс Лет, Военная служба, как и Мира. Иост Ларк, профессиональный навигатор, пилот первого класса. Ойланг Эл-Кин, рыжеволосый высокий капеллиец, по профессии спасатель, у его ног сидел рабочий коричневый пудель. Данг и Лири Кен, бывшие ско, семейная пара. Андорин Люцис, бывший бортинженер. Иволга, конечно же. Дэцин восседал на подоконнике, окидывая свою команду острым цепким взглядом, в руке держа пластиковый лист, распечатку.
Сама Ильгет устроилась в кресле, Арнис рядом с ней уселся прямо на подлокотник.
– Так вот, товарищи, – начал Дэцин, – о сроках я, видимо, смогу сказать уже сегодня. Вся ярнийская операция будет разбита на два этапа. Первый этап – первая акция – назначена на осень. Если все пойдет благополучно, к Новому Году вернемся.
В комнате возник легкий шум, все стали переглядываться.
– Мы сделаем попытку во время первой акции найти и убить возможно большее число сагонов. Но главное – разрушение инфраструктуры. Было бы гораздо выгоднее дождаться весны, когда все наши силы будут свободны, и мы сможем ударить сразу. Дело в том, что сейчас нам не могут выделить достаточное количество военных, мы в основном должны будем обходиться своими силами. Наша группа будет преимущественно заниматься Лонгином – самой метрополией. Теперь среди нас есть лонгинка...
Дэцин посмотрел на Ильгет. Она смущенно опустила лицо.
– Словом, задача первой акции – разрушить инфраструктуру настолько, чтобы к весне сагоны не успели ее восстановить. Частично мы уже сделали это во время предыдущей акции. Теперь ударим снова. Главные цели – биотехнологическое производство и космопорты. К сожалению, именно в Лонгине расположено большинство этих производств, эта страна была заражена первой. Мы не будем трогать местную инфраструктуру и, как обычно, наша задача – обойтись возможно меньшими потерями населения. Работать будем, как обычно, парами. Пары утверждены... Изменения вам известны, Иволга будет работать с Андорином, Арнис – с Ильгет. План операции я представлю вам примерно через две недели. У кого есть вопросы – пожалуйста, высказывайтесь.
Дэцин обвел взглядом своих бойцов. Данг поднял два пальца.
– У меня вопрос. Общая продолжительность операции...
– Около двух месяцев.
– Два месяца на подготовку взрывов? Мы успеем?
– Я уверен, что да.
Ильгет только сейчас начала понимать, что имеет в виду Дэцин. Ей придется отправиться на Ярну, скорее всего, конечно, не в Зару, но все равно... И жить там вот так же, как Иволга и Арнис, возможно, поступить в охрану или на биофабрику... и все начнется сначала! Ильгет стиснула пальцы. Только не это...
– Сразу после взрывов мы эвакуируемся. Как в первый раз, – пояснил Дэцин, – в этот раз используем аннигилирующие заряды. И перед нами больше не будет стоять разведывательная цель.
Только не это – звенело в ушах Ильгет – только не это!
– Аннигиляторы, – донесся как сквозь пелену голос Гэсса, – как это нам разрешили? Бедненьких эммендаров им не жалко?...
В самом деле, вспомнила Ильгет, аннигилирующие мины... достаточно одной такой – и от фабрики воронка бы осталась. Но люди погибнут все и неминуемо.
– Ну и правильно, – возразила Мира, – это не люди, это эммендары.
Бойцы одобрительно зашумели. Ильгет почти ничего не соображала, одна только мысль жилкой билась в виске – только не это! Кто-то сказал:
– Какого черта мы должны гибнуть? Пусть гибнут они. Они ж пустили на свою планету сагонов и не рыпаются.
– Ну и правильно, что наши наконец раскачались. Гуманисты нашлись...
– Таррен бы не погиб, и вот Ильгет бы в плен не попала, шарахнули бы аннигилятором – и дело с концом.
– Или гравитационным зарядом, – добавил тихонько Арнис.
– Ну это уж ты загнул, – возразил Гэсс, – это правильно запретили, так можно и всю планету разорвать.
– А зачем она нужна, эта планета? – спросил Арнис, – они же сами виноваты...
Наступила тишина. И с мозга Ильгет словно спала пелена – она на миг перестала думать о себе и о предстоящем ужасе – она увидела, что все смотрят на Арниса. Недоуменно и как бы осуждающе.
– Гравитационные правильно запретили на планетах использовать, – сказала Мира с негодованием.
– Правда, ребята, чего-то мы, – пробормотал Ойланг.
– Во всяком случае, – сухо сказал Дэцин, – теперь правительство сочло возможным использовать против сагонов аннигилирующие или вакуумные заряды, и мы не будем оспаривать это решение. Все равно погибнут те, кто находился на территории объекта, это неизбежно, и даже если обрушатся ближайшие кварталы – это война, Арнис, это тебя касается, и чистенькими нам все равно не остаться. Я понимаю, что это звучит цинично, но те, кто с этим не согласен, свободно могут переквалифицироваться в дизайнеров.
– У меня есть еще один вопрос, – сказал Арнис, – я ведь старший в паре, я так понимаю?
– Разумеется, – подтвердил Дэцин.
– Меня интересуют сроки подготовки моей напарницы. Осталось два с половиной месяца. Дэцин, это реально?
Командир как-то сник. Посмотрел на Арниса.
– Видишь ли... эта акция и не требует особых навыков. Заложить мину она тебе поможет, психологическая подготовка ей больше не нужна, а физические данные не так существенны в данном случае.
– Я все понимаю, Дэцин, – холодно сказал Арнис, – я о другом. Врач сказал, что восстановление организма потребует не меньше двенадцати-четырнадцати месяцев. Прошло всего шесть.
Дэцин посмотрел на Ильгет.
– Иль, ты как себя чувствуешь?
Она открыла рот, но Арнис опередил.
– Дело не в том, как она себя чувствует, а в том, что организм еще не восстановлен.
Повисла неловкая пауза. Ильгет кашлянула и произнесла – собственный голос казался ей чужим.
– Это ничего. Я... смогу.
– Видишь ли, Арнис, – сказал Дэцин мягко, – мы все добровольцы. Никому из нас нельзя приказать идти на акцию. То же самое относится и к Ильгет. Она взрослый человек и осведомлена о состоянии своего организма. Ты не можешь решать за нее.
Арнис пожал плечами.
– Я не претендую. И если Ильгет решит, я, конечно, возьму ее в пару. Только я хочу, чтобы все знали, что она имеет право решить.
– Ну конечно, Арнис, – с досадой сказала Мира, – а ты что думаешь, мы бы осудили Ильгет, если бы она отказалась?