– Красиво, – прошептала Ильгет в шлемофоне. Арнис не ответил. Просто не было сил. Но она тоже смотрит в небо... как мы все-таки с ней похожи, подумал Арнис. Она мне как сестра, нет, с сестрами мы не так похожи.
Господи, доживем ли мы до Иннельса? Дотянем ли? Ведь оставшееся расстояние тоже придется пройти... Но дэггеров уже не так много, большая часть уничтожена, а подкрепление им больше неоткуда брать.
– Туманность, – услышал он бодрый голос Дэцина, – я квазар, по мере возможности продвигайтесь вперед. Как можно скорее. Займите линию ноль. Понял? Займите линию ноль. Чем быстрее, тем лучше.
– Квазар, я Туманность, вас понял, – сказал Арнис. Как не хочется вставать, двигаться куда-то, снова отстреливаться, замирать от ужаса... лежать бы так и лежать. Вечно. Господи, что за мысли? Командир, называется. Сейчас еще людей поднимать.
– Ребята, – сказал он спокойно, – нам велели идти вперед, сколько сможем. До линии ноль пока. Две минуты на сборы.
Общий стон в шлемофоне был ему ответом. Но квиринцы безропотно стали собирать оружие. Однако и двух минут не прошло, как индикатор «Молнии» кольнул Арниса в запястье. Он взглянул на экран и похолодел – прямо на них двигалось не меньше десятка склизких. Низко, в трех метрах над землей...
– Прекратить сборы! Огонь! Собаку!
Квиринцы занялись привычным делом. Трак с лаем помчался на чудовищ, отделив от стаи одного из них и отогнав его в поле. Однако дэггеры почему-то не стреляли. Выстроившись в линию метрах в тридцати от окопа, они застыли прямо над землей – неподвижно.
– Огонь! – приказал Арнис, уже понимая, что произошло. Они били по дэггерам с минуту, однако ни одна спикула не достигла цели.
Сцепившись ложноножками, дэггеры образовали что-то вроде коллективного энергетического щита. Надо сказать, что неподвижный дэггер вообще практически неуязвим, до сих пор им удавалось так хорошо расправляться со склизкими только потому, что те находились в постоянном движении. А уж несколько дэггеров вместе..
– Понятно, – прошептал Арнис. Убивать нас они не будут, но и с места двинуться не дадут. Видимо, за работу взялся сам сагон, у дэггеров бы, при всех зачатках разума, ума не хватило. Положение не из лучших, но и с этим справляться мы умеем... только вот придется кому-то выйти из-под кокона. Только разделить сволочей... только разделить... Арнис обвел взглядом свою команду.
– Данг, ты идешь со мной. Девочки, прикрывайте, и сразу начинайте бить, когда они разойдутся.
Арнис первым выскочил на бруствер. Держа на плече «Молнию», не торопясь, зашагал в сторону дэггеров. Они сейчас не будут стрелять... Не будут, знают – они на прицеле. Данг шел рядом, оскалившись под шлемом, не чуя под собой ног.
Остановились в пяти метрах от дэггеров. Чудовище, которое отделила Норка, уже было уничтожено спикулами, собака снова лаяла на врагов, их строй чуть дрогнул, распался, одно из чудовищ отделилось и закапсулировалось. Арнис повторял про себя как заведенный «Господи, помилуй!» – это помогало не сосредоточиваться на дэггерских рожах. Он давно привык таким образом бороться с пронизывающим иррациональным страхом, который внушали биороботы.
– Давай! – почти прошептал Арнис. Оба квиринца одновременно сорвали с пояса по ручной спикуле и запустили в сторону живого щита. Вслед за этим оба упали на землю, и через секунду воздух и земля вокруг них взорвались огнем.
... Арнис пришел в себя – вокруг стояла тишина. Тишина, и боли, вроде бы, нет. Не слышно просто ничего, как будто вязкая пелена, и в ней плавают какие-то пузырьки, плавают и лопаются у поверхности с громким чпоком. Арнис сел. Все хорошо.
Никаких дэггеров вокруг нет, ничего. Он осмотрелся... рядом валялась «Молния», совершенно разбитая. Бесполезная. И туман. Ничего не видно. Арнис старательно восстановил в памяти случившееся.
Потом он понял, что шлема уже нет. Шлем порван – то ли «плевком», то ли все-таки ударной волной... хрен знает, как это могло получиться. Отсюда и удар по ушам.
Данга не видно совсем.
Ага, так надо ползти назад... Он упал на землю и пополз. Убить могут и так, но идти или лететь в такой ситуации – еще глупее. К тому же голова кружилась невыносимо. А скарта рядом не было.
Через несколько минут Арнис добрался до окопа. Спрыгнул. Увидел совершенно черные, огромные глаза Ильгет под щитком шлема. Она молча подползла к нему, неловко обняла рукой за шею. Она что-то спрашивала.
– Ничего не слышу, – Арнис показал на свои уши, – ничего не слышу.
И наверняка лучевая болезнь теперь... Арнис полез за аптечкой, вытащил антирад, принял сразу четыре таблетки. Содрал с головы остатки шлема.
Ильгет повернулась к Бере.
– Я пойду, поищу Данга...
– Опасно это, – неуверенно сказала Бера.
– Я пойду, – повторила Ильгет. Улыбнулась Арнису, все еще потерянно глядящему вокруг. Ничего, главное – жив. А вот что с Дангом – непонятно. Вроде бы, дэггеров уничтожили, хотя в любой момент могут появиться новые. Данг так и не возвращается, не отвечает по радио. Всего-то пройти несколько десятков метров. Ильгет выскочила из окопа, опершись рукой. На правом плече ракетомет, индикатор она держала в ладони. Ильгет вытащила из-за спины скарт, поднялась в воздух.
Данга она увидела сверху. На выжженной сизой земле желто-коричневый камуфляж резко выделялся. Данг лежал ничком, казалось, вцепившись пальцами в землю. Индикатор кольнул в ладонь. Ильгет сбросила «Сторожа» с плеча, еще секунда – она опустилась на землю, залегла, еще секунда – выпустила несколько спикул. Осталось не так уж много, даже и в запасе... Хватит ли до города? Черная слизь хлынула с неба... Ильгет ошеломленно подняла голову... сколько этой слизи-то? Она поползла вперед. Лучше уж не взлетать... Бера прикроет. Вскоре Ильгет доползла до Данга. В этот момент ее снова накрыли – сверху. Она вжалась в землю, и рукой нащупала запястье Данга... и хотя земля вокруг снова поднялась дыбом, Ильгет ощутила огромное мгновенное облегчение, даже сердце освобожденно забилось, под пальцами задрожала тонкая ниточка пульса.
Только бы жив... жив – и все остальное неважно. Вытащим. Из любого положения вытащим. Дэггера, видимо, подбила Бера. Вокруг снова стояла тишина. Дрожа от напряжения, Ильгет подползла к раненому, слегка повернула его, вздрогнула – вся грудь и живот разворочены, блестит черная спекшаяся кровь... Правая рука была оторвана выше локтя, обгорелый остаток валялся рядом. Ничего, восстановят... Кровь не шла, поверхность раны запеклась. Особенно глубокая рана в животе.
Бера прикроет... надо наложить повязку, потому что мало ли что... внутренности спекшиеся вон блестят, вывалятся еще. Ильгет уже распаковывала аптечку бикра. Перевернула раненого. Она совершенно забыла в этот момент об опасности, да пока никто и не атаковал, наступило затишье. Ильгет натянула на рану тонкую пленку псевдокожи, закрепила. Затянула псевдокожей и культю. Надела на левое запястье, содрав перчатку, прозрачный зена-тор с противошоковой жидкостью.
– Сейчас, сейчас, мой хороший, – бормотала она машинально. Данг ничего не слышал, конечно. Неважно... Она подхватила раненого, как учили, и потащила. Тяжелый. Индикатор кольнул в ладонь. Ильгет упала на землю, рядом свалив Данга. Бера, не подведи... может быть, и Арнис сможет стрелять, хотя глаза у него были совершенно безумные. Наверняка сможет, это же Арнис... хоть щит будет держать. Ильгет изо всех сил вжималась в почву, как будто это могло помочь. Наконец, грохот прекратился. Ильгет поднялась на колени. Черные ошметки еще падали кругом. Пошевелила Данга. Тот вдруг открыл глаза – темные, совершенно мутные. Выдавил незнакомым хриплым голосом.
– Лири...
– Сейчас, мой родной, сейчас, – сказала Ильгет успокаивающе, – давай держись.