Но Ильгет ощущала, что с Айледой ее свяжет нечто важное... очень важное. Дружба?
Как у нее хорошо. Вот именно это слово – хорошо. В воздухе словно благодать разлита. Квартирка крошечная, такие только на Ярне и бывают. Одна комната, кухня, коридор. Очень необычная обстановка. Почти никакой мебели, на полу плетеные коврики, разноцветные, вся комната в этих ковриках. И большие подушки в качестве седалищ. Очень низкий, широкий столик. В углу белая пушистая шкура наброшена на доски – там, видимо, она спит? Несколько книжных полок. А одежда как же? Ясно, шкаф встроенный. Все, больше в комнате нет ничего функционального. Несколько висячих светильников причудливой формы. На стенах – оригинальные картины. Галактическая Спираль, согласно учению Пална. Остальные – чисто абстрактные, но очень умело расположены, точно подобраны цвета. Под некоторыми картинами укреплены свечи. И большой подсвечник в углу. В центре столика – огромная глиняная чаша с пеплом. В таких огонь разжигают, это аргвеннский народный обычай. Сейчас это модно среди эзотериков.
И еще в комнате пахло невыразимо приятно, дурманяще-сладко. Сухие цветы стояли в высоких вазах прямо на полу.
– Иль, ты хочешь чаю? – Айледа появилась в дверях кухни, держа в руках круглый поднос. На подносе – две высокие пиалы, несколько сухих печенюшек в вазочке.
Ильгет кивнула. Уселись на подушки возле низкого стола. Запах чая кружил голову. Ильгет едва удержалась, чтобы не перекреститься по привычке. Совсем контроль потеряла, расслабилась.
Она не любила чай без сахАйре. Но этот напиток показался ей просто необыкновенным. Так же, как и печенье. Крошечные ореховые лепешечки на меду, казалось, одной можно насытиться на целый день. Пили молча, прихлебывая из пиал – дорогих, аргвеннской работы. Айледа пила, будто совершая некий ритуал, Ильгет тоже не решалась заговорить просто так. Да и действительно – этим чаем нужно наслаждаться молча.
Наконец Айледа поставила свою чашу. Ильгет поймала ее взгляд и снова поразилась глубине и удивительному покою карих огромных глаз.
– Очень вкусный чай, – сказала она искренне. Айледа чуть улыбнулась.
– Иль, ты ведь была на Квирине?
– Да... Давно уже. Мы с мужем обучались там. Там и познакомились, хотя оба мы ярнийцы. Но это было очень давно, еще до рождения детей. А ты...
– Я тоже была там, – сказала Айледа, – я биоинженер по специальности.
– Здорово! – обрадовалась Ильгет, – давно была?
– Шесть лет назад.
В сердце пробрался неприятный холодок. Шесть лет... Коринта – большая деревня. Она могла встретить Ильгет на Набережной. Господи! Ладно, если что – отболтаемся.
– А где ты жила там?
– В Западной части, за Кипарисовой Аллеей.
– А... это новые кварталы, я знаю. А мы жили в приморском. Там здорово, правда? Тебе хотелось бы там жить?
– Ну если бы хотелось, я могла бы там остаться, – сказала Айледа, – кто-то ведь и остался...
– Да, но мы с мужем тоже так решили – лучше на Родине. Здесь родственники, друзья, верно?
– Надо быть там, куда ведет тебя путь, – Айледа наклонила голову. Ильгет посмотрела на нее, улыбнулась.
Симпатична ей эта девчонка... Ну не объяснить, чем. Как будто это – сама Ильгет, только моложе где-то на 16 лет. И... умнее, сильнее, духовнее. Странная, конечно, обстановка у нее, и верит она во всякую ерунду, но это ведь все наносное. А обстановка – так это и хорошо, что человек творчески подходит ко всему. У нас дома тоже атмосфера своеобразная, это многие говорят. Хотя все, конечно, обычно – мебель, барахло всякое. Как у всех.
– Как у тебя здесь... удивительно, – сказала Ильгет, – необычно все.
– Стены должны помогать, – улыбнулась Айледа. Легко поднялась без помощи рук, сложила посуду, унесла на кухню.
Они помедитировали по предложению Айледы, но не на Галактическую Спираль. Айледа зажгла тонкий синий огонь в чаше. Ильгет ощутила странный запах, почувствовала, как волны несут ее куда-то, растворяя сознание... Это было совсем не то, что на занятиях ШКС. Там она просто делала вид, что медитирует. Здесь же... Да, Айледе действительно помогали стены. Здесь все было пронизано странными и тонкими энергиями, снами, здесь дух легко отделялся от тела.
Но опасное это дело, очень опасное – Ильгет напряглась внутренне. Нельзя расслабляться, ни в коем случае. Особенно опасно, когда нечто уносит тебя, когда ты теряешь над собой контроль. Ильгет стала мысленно повторять древнюю короткую молитву терранских монахов. Очень простую: Господи Иисусе, Сыне Божий, помилуй меня грешную! Наваждение стало проходить. Сознание по-прежнему плыло, но теперь Ильгет не чувствовала впереди бездны, не было ощущения, что ее неудержимо несет куда-то.
Наконец Айледа зашевелилась, открыла глаза. Задула легкое пламя.
Интересно, ей никогда не приходилось сталкиваться... как бы это спросить.
– Айли... тебе никогда не случалось... не случалось в медитации сталкиваться с чем-нибудь... ну, пугающим?– осторожно спросила Ильгет. Айледа устремила на нее темный глубокий взгляд.
– Тебе случалось?
– Было дело. Я вообще-то не умею медитировать, но однажды мне довелось увидеть что-то очень страшное. Это даже трудно описать.
Айледа кивнула со знающим видом.
– Нужен учитель, Иль. Я тебе вообще не советую это делать без учителя.
– А у тебя...
– У меня есть. Это не Палн... – предупредила она вопрос Ильгет, – просто мой учитель сейчас уехал, он далеко. Посоветовал мне посещать школу Пална, здесь все-таки более-менее высокий уровень. Но он может поддерживать меня, поэтому я всегда медитирую в одно и то же время.
– Ничего себе, – сказала Ильгет, – у вас уже уровень...
– Я давно этим занимаюсь. С тех пор, как вернулась с Квирина.
– Мне кажется, на Квирине не очень-то развиты подобные вещи. Там христиан много, а это... Причем большинство совершенно зашоренные ортодоксы.
– Да, я согласна с тобой. Но я начала не на Квирине, а здесь.
– Слушай, а что ты думаешь насчет Пална? – спросила Ильгет, – у нас все по нему с ума сходят... А я с ним не во всем согласна.
– Ну кто сходит с ума, Иль... Конечно, с ним нельзя согласиться во всем. Но он очень высокоразвитый человек, действительно, и он получает информацию из очень высоких источников. Но конечно, философия, которую мне дает учитель, несколько отличается от идей Пална. В частностях... это не так важно.
– Я и не имела в виду тебя. Я вижу, что ты мыслишь самостоятельно. А... в чем именно отличается твоя философия?
Айледа опустила глаза.
– Есть вещи, Иль... словом, я не обо всем имею право говорить.
Эзотерика, досадливо подумала Ильгет. Совсем забыла. Это же не церковь, где любому объяснят все, и даже собственно, необходимо, чтобы любой член церкви разбирался в вероучении как можно глубже. А в эзотерике всегда тайны, которые можно открыть лишь на каких-то ступенях «духовного развития».
– Иль, – Айледа подняла голову, – можно тебя спросить?
– Да... а что?
Айледа придвинулась к ней поближе, протянула руку, тонкими пальцами коснулась одной из черных точек на лице.
Даже и сейчас, через много лет, прикосновение это было чувствительно и неприятно.
– Я не могу понять, что это у тебя. Понимаешь... я вижу ауру. Через эти точки... не все время, но иногда выходит энергия...
– Серьезно? – удивилась Ильгет, – прямо выходит? И ты это можешь видеть?
Айледа кивнула. Ильгет почувствовала сосущий холодок под ложечкой. Вот объясняйся теперь.
– Так что же, у меня энергии совсем нет, что ли? – спросила она, чтобы выиграть время.
– В тебя часто входит большой поток, в сердце... ты теряешь не так много, как получаешь. Эти потери тебя не убивают, я вижу, что твое здоровье в порядке. Но откуда это... Это похоже на раковую опухоль, по энергетике, но их у тебя несколько. И не только на лице. И они у тебя, видимо, давно?