— Нет, — остановился Аматрис, — сквозь эти ворота мы не пойдем.
— Вы уверены?
— Разумеется, граф Телфрин. Или вам незнакомы истории о всевозможных проклятых, населенных неведомым злом развалинах? Стоит миновать нечто подобное, — Принц Пламени махнул в сторону арки рукой, — и становится совсем страшно. Давайте-ка поищем дорогу в обход. Чутье мне говорит, что можно немного свернуть.
— Голос разума, — пробормотала Сильвия себе под нос.
Аматрис повернул, найдя в стороне дорожку, ведущую промеж двух изрядно покореженных, зиявших многочисленными провалами стен. Арка, охраняемая странными статуями, осталась по правую руку, скрытая длинным трехэтажным зданием с узкими окнами-бойницами, вполне неплохо сохранившимся, не считая отсутствия крыши. Идти сделалось тяжело, под ногами перекатывался щебень, обнаруживались занесенные песком ямы, тут и там валялись обломки расколотого кирпича. Марта споткнулась, но Патрик оказался рядом, помог ей устоять на ногах. Девушка наградила его благодарным кивком и мимоходом сжала ладонь. Успокаивается? Хорошо, если так. Меньше всего ему хотелось сейчас выяснять отношения. Достаточно странно, что эти отношения вовсе возникли, а они возникли, отрицать уже попросту не получалось.
Принц Пламени шел первым, за ним Патрик и Марта, и только после весь остальной отряд, изрядно поредевший после всех случившихся передряг. Кельвин, на вид расслабленный, замыкал, следуя после Боба и Сильвии, а сразу за Мартой и Патриком, настороженно оглядываясь по сторонам, шел Луис. Дорога, следующая среди развалин, изрядно петляла, время от времени встречались перекрестки и развилки. Оказавшись на них, Аматрис выбирал направление, следуя одному ему ведомому чутью, а развалинам все не было ни конца, ни края. По прикидкам Патрика, миновала никак не меньше часа, однако они до сих пор не миновали остатки неведомо кем воздвигнутой крепости, и окружающий пейзаж оставался весьма однообразен.
На одном из перекрестков им вновь встретилась статуя, не имеющая лица. На этот раз никаких длинных одежд — яйцеголовое существо оказались облачено в ладно пригнанные боевые доспехи и опиралось на длинный меч. Аматрис поглядел на мраморное изваяние, покачал головой, бормоча себе что-то под нос, но не изменил маршрута.
— Это что за господа такие везде понатыканы? — спросил Боб.
— Строители дорог, — бросил, не оборачиваясь, чародей. — Те, кто распоряжался здесь прежде, чем драконы вырвались из порожденной ими Бездны. Они связали миры путями и построили стены на пути темноты. Не обращайте внимания, мастер Кренхилл. Этот народ давно вымер.
— А вы о нем откуда узнали? — поинтересовался Патрик. — О драконах я читал в исторических книгах. Доисторических даже, можно сказать. Они уничтожили свой собственный мир, но обосновались в итоге на Дейдре, дав начало моему весьма почтенному роду. Никакие другие существа, подобные им, мне неизвестны.
— Строители и не были подобны драконам. Забудьте, граф Телфрин.
— Но я заметил, вы не захотели идти в ворота, которые они стерегут.
— Не захотел, и те ворота стерегли не Строители, а лишь изваяния, их изображавшие, и довольно неумело, должен заметить. Мне не понравился запах, которым оттуда разило, так это назовем. Когда великие уходят, в оставленном ими доме поселяется всякая гнусная тварь, — Аматрис помолчал, а затем шагнул к очередному пролому, имевшемуся в ближайшей стене. — Нам туда, я полагаю.
Пролом был не слишком широкий — скорее трещина, и чтобы протиснуться через нее, Принцу Пламени пришлось встать боком и даже изрядно втянуть живот. Патрик и Марта переглянулись и после короткого колебания последовали за чародеем. Патрик лез первым, не выпуская запястье Марты из своей правой ладони, чувствуя, как нервно дрожит ее пульс. Ему пришлось погасить свой энергетический клинок, только помешавший бы в тесноте. Когда Патрик протискивался через пролом, на мгновение голова закружилась, в глазах сделалось темно, дыхание несколько сперло. Давя вспыхнувший в груди кашель, он выбрался наконец на другую сторону прохода и помог Марте.
Графа Телфрина и его спутницу окружала небольшая площадка, поросшая серой предзимней травой, покрывшейся инеем, и окруженная все так же неважно сохранившимися стенами — будто зала, у которой полностью сдуло крышу, словно бы порывом какого-то ураганного ветра. На противоположной стороне виднелось нечто вроде еще одной каменной арки, на сей раз без всяких статуй.