На широких деревянных скамьях лежали мягкие лохматые шкуры, стол покрывала вышитая красная скатерть. Двое расторопных слуг кинулись к сгруженной в углу поклаже, чтобы отнести ее в комнаты. Только вот больше никто не вышел встречать Ларса и его гостей: ни жена, ни дети. Мастер Гайдиар вопросительно взглянул на друга: что случилось, что изменилось?
— Проходите, уважаемые, устраивайтесь пока. Ульса покажет вам комнаты, а я распоряжусь на счет ужина.
Заинтригованные гости потянулись на второй этаж вслед за степенной светлокосой Ульсой. Тайри же осторожно придержала за рукав наставника:
— Гай, у хозяина, похоже, беда, я чувствую. Кто-то серьезно болен…
Мастер ответил ей едва заметным кивком, подошел к тяжело опустившемуся на скамью Ларсу и спросил так, чтобы остальные не услышали:
— Что с Энид, дружище? И где дети?
— Учуял, маг? Раньше за тобой такого не водилось… Энид больна, дочь за ней ухаживает. Она в своей любимой комнате, под крышей. Никого к себе не пускает, видимо, не хочет, чтобы её такой мы с мальчиками видели. Сыновья с горя на другой конец острова отправились — там, говорят, хорошая травница есть. Неделю как уехали.
— Может, я чем помогу? — спросила Тайри.
— Да чем же, простите уж меня великодушно?! Вы совсем молодая, таких проблем и в глаза-то не видели, детей, поди, не рожали.
— Так у тебя еще один ребенок родился? — удивился Гай.
— Нет, — глухо ответил Ларс, — должен вот-вот, но… Энид уже два месяца хворает, и мы не знаем, выживут ли они оба. Здешний лекарь только руками разводит… Если ребята сегодня-завтра вернутся с той травницей, может, хоть одного из них выходим.
— Нельзя ждать, — медленно и раздельно произнесла леди Даллет. Ваюмн знал этот ее тон. Его ученица сейчас задействовала, наверное, весь арсенал доступных ей заклятий познания, все, что позволяло понять происходящее, не приближаясь к больной, — у нее жар, и, насколько я понимаю, она почти не пьет воду. Это очень, очень плохо. Пустите меня к ней, я помогу.
— Откуда… — задохнулся Ларс.
— Тайри не просто моя ученица, — быстро пояснил ваюмн, — она — целитель. Маг-целитель.
— Так что ж ты молчал-то!
— Некогда препираться, тан, ведите, — Тайри вытащила из своего мешка специальную сумку со снадобьями, — и побыстрее.
Она первая побежала вверх по лестнице, хозяин припустил следом, перепрыгивая через две ступеньки.
Мастер Гайдиар только головой покачал и уселся на место, где только что сидел Ларс. Дожидаться вестей — он не сомневался, что добрых. Конечно, его величество велел беречь силы и не колдовать по любому поводу, но две человеческие жизни — далеко не пустячный повод, а потраченные на доброе дело силы целителя вернутся сторицей.
Принесли ужин, сменили свечи в шандалах. Гости, явно повеселевшие после горячих купален, пошумели и разошлись, а ваюмн, устроившись в глубоком кресле у огня, остался. Когда за окошком забрезжил серый мутный рассвет, в холл спустился совершенно ошалевший Ларс в сопровождении старшей дочери, красавицы Асты.
— Дай Создатель тебе и твоей ученице всяческого добра, — выдохнул он, — как же вовремя вы здесь оказались! Теперь моей жене и ребенку ничто не угрожает.
Мастер Гайдиар рассеянно улыбался другу, пока не увидел, как по лестнице медленно, крепко держась за перила, спускается леди Даллет. Он резко вскочил и, преодолевая мгновенно возникшее головокружение, бросился к ней. Теперь он прекрасно ощущал, сколько сил она отдала — связь наставника и ученицы была как никогда крепкой. Подхватив ее бережно и нежно, точно хрустальную, ваюмн усадил ее в кресло-качалку. Ларс уже нес теплый плед, а его дочь грела в маленьком пузатом чайнике вино с медом и специями.
— Не волнуйтесь, я просто немного устала, — ну надо же, а голос звучит совсем уверенно, — с вашими близкими все в порядке.
— Тайри, что ж ты делаешь, милая. Так у тебя сил до кровати доползти не останется, — укорил ее наставник.
— Простите великодушно, я по-другому не умею, — вяло усмехнулась леди Даллет, — тут нужно было лечить, и немедленно. Да еще удавить кворгов, которые из матери и нерожденного младенца силы тянули. Разжирели, что твои свиньи…
— А кто это? — оторопело поинтересовался Ларс, — и откуда они у меня в доме?
— Нечисть, — пожала плечами Тайри, — очень давно живущая рядом с человеком. Твари мелкие, но поганые до невозможности. Пока человек силен и здоров, они сидят тише воды, а то и вовсе его жилище покидают, поживиться-то им нечем. А стоит кому заболеть, они тут как тут. Младенцам кворги тоже опасны, и еще детишкам лет до трех. Не переживайте, тан, эти вас больше не потревожат, а от новых я вам амулет сделаю. Только вот отдохну… — девушка приняла из рук дочери хозяина глиняную кружку и уткнулась в нее носом, вдыхая аромат корицы и гвоздики. Спустя пару глотков и несколько минут она уже спала. Мастер Гайдиар смотрел на усталое лицо своей ученицы, размышляя, не стоит ли отнести ее в комнату.
Хозяин усмехнулся в усы, подхватил под руку дочь и тихонько удалился, гадая, давно ли его друг подарил свое сердце.
У Ларса маги провели еще три дня. Понадобилось немало времени для того, чтобы найти судно, которое доставит их через пролив. Также нужен был проводник, да и без правильной экипировки, как оказалось, не обойтись. Тан, осмотрев "зимние" вещи гостей, сказал, что они никуда не годятся: ни тепла, ни прочности — разве в таких снег месить и по горам лазить? В городе, и то замерзнешь, и магия не поможет. А на магию лучше не полагаться, на Запретном континенте даже обычные слова следует произносить с осторожностью, не то что формулы чар. Много магов через Гронн прошло, да мало назад вернулось. Гости возражать не стали, с удовольствием облачились в теплые удобные одежды, а высокие сапоги на меху пришлись как нельзя кстати — за последние сутки снегу нападало столько, что дверь на улицу еле открыли.
— Раньше завтрашнего утра никто в море не выйдет, — сказал лорд Адалер, вернувшись из города вместе с хозяином дома, — а время-то идет…
— Ничего страшного, — откликнулась Кеми, — за проливом наверстаем. Должны быть три очень спокойных дня и удобная дорога…
Маги переглянулись, во взглядах сквозило явное облегчение. Никому не хотелось оказаться в море в такую погоду, а ветер обещал близкий шторм.
Тайри с улыбкой протянула Ларсу два простых кусочка янтаря, оправленных в серебро.
— Это вашей жене и малышу. Эти амулеты прослужат долго, ни мелкая нечисть, ни чужая зависть к ним не прилипнут.
— А вот это над дверью входной повесьте, — Тром выложил на стол маленькую медную подкову с подвешенным к ее середине глазковым агатом, — это мы все вместе творили, надеемся, что получилось хорошо. Чтобы дом ваш беды и болезни десятой дорогой обходили.
Тан только руками развел:
— Спасибо вам, уважаемые. Я и так перед вами в неоплатном долгу…
— Не перед нами, — отрицательно покачала головой леди Орнери, — перед ней, — она указала на Тайри, — мы десятый сон видели, а юная леди действовала.
— Да какие долги, Создатель с вами… Вы так говорите, будто я подвиг какой совершила. — Тайри смущенно опустила глаза. — Грош мне цена, как целителю, если бы я ничем не помогла.
— Ох, миледи, если бы все такими были, — вздохнул с горечью гостеприимный хозяин, — вон, сыновья мои ни с чем вернулись. Отказалась травница ехать с ними, сказала — далеко, пока доедем, все одно помрет. А вы наоборот…
— Я рядом была, тан Ларс, и имела все возможности хотя бы попытаться.
— Хорошая вышла попытка, — чуть ли не с гордостью сказал сводный брат государя, — если бы все наши попытки так заканчивались.
— Хорошее начало полдела откачало, так, кажется, говорил мой дед, а он много чего в жизни понимал, — ответил тан, — дай вам Создатель успеха во всем! Эх, миледи, родилась бы дочка, я б ее вашим именем назвал, так ведь третий мальчишка…