Инквизитора перекосило так, будто его сейчас вырвет.
— Мне плевать. Не хочешь, не переодевайся.
Она постояла, посмотрела на разбросанные вещи. Выбрала блузу и пышную юбку. Подошла к столу, раскладывая вещи, и медленно начала скидывать свою одежду на пол, пробегая пальчиками по коже. Обернулась обнажённая к инквизитору, демонстрируя своё шикарное тело.
— Лучше бы я ослеп. Ничего отвратительнее не видел, — он отвернулся, брезгливо сплюнув на пол.
Ведьма опешила от такой реакции инквизитора. Быстро накинула на себя одежду и села за стол.
— Да что с вами не так? — в недоумении спросила она сама себя.
— У тебя есть в доме еда, помимо детей? — садясь за стол, спросил мужчина.
— Мы не едим детей. Сколько можно нас обвинять в том, чего мы не делаем? — она встала из-за стола и принесла купленные вчера на рынке овощи и фрукты.
— А что ты сделала вчера с девочкой?
Она посмотрела внимательно на инквизитора.
— Это не то, что ты подумал. Она не девочка и я сделала это с ней по её просьбе.
— Кто же тогда она?
Ведьма достала нож, но инквизитор вырвал его у неё из рук.
— Надеюсь ты умеешь готовить, — процедила она, протягивая чугунок и тазик.
Он начал чистить овощи, нарезая их большими кусками и закидывая в чугунок.
— Кто ж так режет? — она протянула руку, но вместо ножа встретилась с надменным взглядом мужчины.
— Значит, будем есть помои, — опускаясь на стул, заключила она.
— Так кто она? Ты так и не ответила.
— Не твоё дело, инквизитор.
— Всё моё дело, — закидывая картофелину и принимаясь за другую спокойно проговорил он. — Всё, где замешаны ведьмы – моё дело.
— Наша война продолжается столетиями. Вы уничтожаете нас, как когда-то уничтожили чернокнижников. Почему вы это делаете? Мы же ничего плохого вам не делали. Не вмешиваемся в жизнь людей и живём в гармонии с природой.
— Это мы живём в гармонии с природой и Господом, а где появляетесь вы, там нет жизни ничему живому. Избавились от чернокнижников и от вас избавимся. Посмотри вокруг. Ты цветущий лес превратила в болото.
— Цветущий лес? — возмутилась она. — Да тут была выжженная земля на несколько миль. Мы столетиями взращивали деревья и возвращали жизнь этому месту!
Инквизитор в недоверии скосился на неё и продолжил чистить картофель.
— А чем вам чернокнижники помешали? Они помогали людям избавиться от мертвяков и упырей.
— Все, кто пользуется «Дорогами пепла» — есть зло в чистом виде. Ты хоть на себя посмотри, — он брезгливо поджал губы. — Тем более, что наше Братство очищает этот мир от зла и упырей лучше, чем чернокнижники.
— Какой же ты глупый. Вместе со своим Братством.
— Ещё что-то скажешь плохо о нашем Братстве, и я укорочу тебе язык, — совершенно спокойно ответил он.
— Как кто-то тебе ногу? — она фыркнула и забрала чугунок.
Инквизитор скрипнул зубами, но промолчал.
— Как ты меня нашёл?
— Я выслеживал тебя от самой Приморы, — почёсывая косматую бороду, гордо заявил он.
Ведьма выругалась, понимая, что выслеживал он не её, а глупых ведем застрявших в теле девочки.
— Что дальше, инквизитор?
— Что дальше?
— Что ты собираешься делать? Или ты решил поселиться у меня?
Он улыбнулся и сложил руки на груди.
— Отведу тебя в Примору и там Братство решит, что с тобой делать.
— Можно подумать, они что-то делают. Просто убивают нас и всё.
— Дааа, — протянул инквизитор, — и это прекрасно.
— Ты отвратителен.
Они замолчали. Она смотрела в окно, а он, лёжа на кровати, игрался со своим кинжалом, подкидывая и ловя за рукоятку. Когда по дому поплыл ароматный запах еды, ведьма достала из печи чугунок и кинула ложку в инквизитора. Действие элексира закончилось, и он опять видел красивую брюнетку, суетившуюся по кухне и это его раздражало.
— Как вкусно пахнет, — протянула мечтательно женщина, раскладывая рагу по тарелкам. — А из тебя вышел бы прекрасный повар.
— Прекращай.
— Что прекращай?
— На меня не действуют твои иллюзии, старуха.
Она кинул в него полотенце.
— Да сколько можно? Я не старуха! Сколько тебе лет Томас де Торквемада?
— Уж всяко меньше, чем тебе, — усмехнулся он.
— Да ты мне в отцы годишься! Любой мужчина мечтает о такой женщине как я!
— Успокойся, бабуля и садись есть.
Ведьма выругалась и сев за стол, зачерпнув рагу, начала дуть на ложку.
— Так как тебя зовут, ведьма?
— Анна, — не стала врать она.
— Фамилия есть?
— Не твоего ума дела, старик.
Инквизитор даже подавился и закашлялся, уставившись на ведьму.
Пообедав, инквизитор связал её и усадил обратно в угол на тряпьё, а сам завалился спать. Его разбудил жалостливый голос где-то далеко.