Лиз никак не отреагировала и только протянула руку. В неё тут же легла одна золотая монета.
— То есть вы берётесь за мой заказ?
Она достала блокнот и аккуратным почерком, на имперском языке написала: «Нет. Это плата за то, что бы я вас выслушала».
Она не видела лица собеседника, но услышала его тихий смешок.
— Дерзко. Мне это нравится.
Он порылся в сумке и достал свёрток.
— Мне надо, что бы вы наполнили этот сосуд кровью, — он передал свёрток девушке, — и оставили нашу сделку в тайне. Если всё пройдёт успешно, и никто не будет знать о нашем сотрудничестве, то мы будем сотрудничать на регулярной основе. Четыре золотых за каждую флягу.
Она протянула руку, в которую легла ещё одна золотая монета.
— Остальное — после выполнения заказа. Завтра, в это же время, за этим же столом.
Незнакомец поднялся, забрал перчатку и вышел из трактира. Рыба недоверчиво провела гостя взглядом и направилась на чердак, где её ждал остывший обед.
Стянув балаклаву и кинув плащ на кровать, она взяла одно из подгоревших рёбер и с аппетитом вгрызлась в него.
«Плата большая. Работа лёгкая. Можно пришить любого пьяницу в доках. То, что кровь для вампира, или упыря — нет сомнений. Тем более, что месяц назад пришлось выполнять заказ в «Птичнике» для мадам Грэтты. Две её «птички» утром бегали по борделю упырями».
Она кинула обглоданную кость на пол и отхлебнула из кувшина прокисший квас.
«А это значит, что в городе завёлся неопытный вампир. Старые вампиры не убивают своих жертв, чтобы не привлечь внимание инквизиции. Хоть мадам Грэтта и уверяла, что все «птички» вечером были живы, но возможно, их загрызли ночью».
Она взяла другое ребро.
«Наплевать. За такие деньги буду работать хоть на самого дьявола».
Девушка завалилась на кровать, не снимая сапог. До вечера было далеко, можно было вздремнуть.
До Приморы — столицы Империи, было два часа езды. В столицу вело множество дорог и все врата в город охранялись не только стражами, но и наёмниками, которые усердно собирали плату с въезжающих торговцев и крестьян. Врата с восточной стороны города вели прямиком в трущобы. Тут не было наёмников, а охрана либо пьянствовала, либо спала. Плату в два медяка взымали с крестьянских обозов, везущих сено или уголь с дровами. И, конечно же, Восточные ворота пользовались популярностью у нищих и тех, кто желал остаться незамеченным, как Рыба. Она выехала из Малых Дубков, когда солнце полностью скрылось за горизонтом и беспрепятственно проехав в город с восточной стороны, первым делом направилась к главарю банды, чтобы оставить лошадь и отдать долю за заказ.
Гнездо банды находилось в старом здании за доками. Возле неприметного дома, на узкой улочке всегда ошивалось несколько головорезов. Чужаки и стражи города не совались в этот район, а заплутавших всегда ждала одна и та же неминуемая участь. Грабёж и побои. Иногда со смертельным исходом. Все районы были поделены между тремя бандами, из которых «Серые души» были самыми могущественными.
Лиз подъехала к гнезду и, спрыгнув с лошади, зашла во двор.
Пожилой домушник по кличке Мухомор лишь вяло махнул ей рукой.
— Привет, Рыба.
Она передала ему поводья и вошла в дом. Внутри, как и снаружи, дом был пуст и напоминал заброшенную хибару. Пройдя через грязные комнаты и спустившись в подвал, она направилась к дубовой двери, охраняемой тремя бандитами, которые, рассевшись вокруг бочки, играли в кости.
Заметив приближающуюся фигуру, мужчины вскочили, хватаясь за оружие, но тут же расслабились и уселись обратно играть.
— Повесь себе колокольчик на шею, Рыба. А то когда-нибудь и пришибём, не разобравшись, - буркнул один из них.
Она, не обращая на них внимания, скользнула за дверь и начала спуск по узкому туннелю, тускло подсвеченному факелами. Лиз знала все ходы и лазы, поэтому беспрепятственно дошла до главного зала. Хромой глава по кличке «Танцор» читал доклады и разбирал почту на старом обшарпанном столе, но её появление не осталось для него незамеченным. Расплывшись в милейшей улыбке, он сгрёб все письма в ящик.
— Рыба! Девочка моя! Как заказ? Куш хороший сорвала?
Девушка протянула ему два золотых.
— О-о-о! — восхищенно воскликнул он, забрав монеты и звонко потрясывая их в кулаке.
— Прости, что не предупредил. Он отказался озвучивать заказ. И сам лично хотел договориться с исполнителем. Такие были его условия.
Она кивнула, прекрасна понимая, что за данную информацию Танцор сорвал неплохой куш с разодетого пижона. Лиз отсалютовала ему рукой и направилась к выходу.