— Я не… — начал было растерянно мужчина, но тут же схватил за шкирку крыса и тряхнув, пробасил. — Ты — маленькая тварь! Я не говорил, что ты друг и это ты сам выпил из миски воду с кровью.
— Но как же? — в возмущении пропищал Иефим. — Ты же не отрицал, когда я тебя другом назвал, а потом и сам назвал меня «дружище».
Отшвырнув зверька, Томас предпринял усилия, чтобы встать, и с четвёртой попытки ему это всё же удалось. Тяжело дыша и пошатываясь, он направился к ведьме, но та, почуяв опасность, изящно скользнула за пламя костра.
— Верни всё как было! Ты же ведьма! Ты же знаешь, что это за тварь и как от неё избавиться, — он смотрел прямо в фиалковые глаза, но видел в них лишь насмешку.
— Великий инквизитор не имел дело с чубысем?
— Нет. У нас у каждого своя специализация. Я никогда не ловил и не изучал других обитателей «Дорог пепла», кроме тех, которых мне приказывало изловить Безмолвное Братство.
Анна радостно хлопнула в ладоши:
— То есть, кого ловить и убивать, решает Безмолвное Братство? — она победно улыбнулась, так как ответа не требовалось. — Вы всего лишь инструмент?
Сообразив, что сказал лишнего, Томас сжал челюсть и последняя фраза, сказанная ведьмой, ему очень не понравилась.
— Ты манипулируешь мной и моим сознанием, ведьма, — он резко дёрнулся и всё же ухватил ведьму, но не удержавшись, завалился на неё.
— Слезь, ты тяжёлый, — задыхаясь, кряхтела женщина.
— Говори, как избавиться от него?
— Никак, — ловила каждый вздох Анна.
— Врёшь! — он чуть приподнялся и сжал одной рукой её горло, — говори, иначе придушу.
— Чернокнижники знали. Это их фамильяры были. Другим от него не избавиться, ты скоро умрёшь, — совсем задыхаясь и покраснев, хрипела женщина.
Инквизитор чувствовал, что она не врёт и ослабил хватку на шее. Анна тут же глубоко задышала, в попытке оторвать его руку от горла. Томас тяжело вздохнул и опять уловил аромат малины, такой сладкий, дурманящий, что голова пошла кругом. Он зажмурился и нащупал флакон в кармане, откинул крышку и капнул мутную жижу на язык. Посмотрел на Анну и тут же брезгливо скривился. Скатился с уродливой старухи и легонько пнул её ногой от себя.
— Что за гадость ты всё время пьёшь? — потирая шею и злобно косясь на его руку, просипела Анна, стоя на четвереньках.
— Чубысь, или как там тебя? — проигнорировав вопрос ведьмы, он начал искать глазами рыжее недоразумение.
— Иефан, — тут же подал признаки жизни виновник всего происходящего.
— Как чернокнижники избавлялись от тебя?
— Известно как. Как и все!
Инквизитор зарычал.
— Но это же просто! Надо умереть. Я же ведь тоже умру, если ты умрёшь. Потом перерождаюсь в новом теле и ищу нового или к старому возвращаюсь. С чернокнижниками было проще, они с ведьмами всё время перерождались, и я старался к мужу Анны прибиться, но на сегодня и ты сойдёшь.
Инквизитор злобно оскалился и повернулся к Анне:
— Так вот значит как?! Вы перерождаетесь, а не живёте вечно. Вот почему вас не становится меньше, как бы мы не старались вас сжигать и рвать на куски, — он посмотрел в испуганные глаза старухи и алчно облизнул губы. — Я думаю Безмолвное Братство простит мне небольшую оплошность в виде рыжего беса за столь полезную информацию.
Анна, звонко завизжав, бросилась на мужчину с кулаками. Она казалась хрупкой веточкой, бьющейся в грудь великана, который грубо перехватил её руки и, откинув от себя беснующуюся женщину, лишь самодовольно ухмыльнулся. Подошёл к лежащей на земле ведьме и бесцеремонно придавил её к земле, уперев колено в спину. Оторвав от юбки кусок ткани, разорвал его на части и прокусив палец, начал смачивать его своей кровью, читая молитву.
— Завтра выдвинемся в путь. И так много времени на тебя потратил, — связывая и проверяя каждый узел, Томас заглянул ей в лицо. — Попробуешь открыть свой поганый рот, и я верну на прежнее место оба отёкших глаза.
Анна лишь злорадно улыбалась и продолжала молчать. Томаса обескуражило поведение ведьмы, но он не стал выплёскивать свой гнев на связанную старуху. Чубысь исчез. Грудь всё ещё болела, но рана на ноге почти затянулась. Укладываясь спать, он с недоверием смотрел на молчаливую улыбающуюся ведьму и даже где-то забрались сомнения «не тронулась ли умом старая?»
Анна лежала в пыли и улыбалась. Она выполнила свою часть сделки и теперь оставалось только дождаться, когда Иефан исполнит свою часть уговора. А он исполнит. Она это точно знала.
3. Неизбежная встреча.
3. Неизбежная встреча.
Лиз, за долгое время пребывания в замке, первый раз проснулась полностью разбитая. Что больше её раздражало, она не могла понять: неприятная потасовка с инквизитором, неловкость за подглядывание или тяжёлые воспоминания, которые нет-нет, да всплывали.