— Я здоров как бык, — и тут же скривился, поглаживая грудь.
— Вы что-то узнали о ней?
— Нет. Она молчит, но зато я узнал много интересного до того, как она заткнулась.
— Что же, учитель? — оживился Стефан.
— Эта информация не твоего уровня, Стефан. Я расскажу об этом лично Безмолвному Братству, если нашу встречу одобрит Его Святейшество.
Стефан присвистнул и торжественно отсалютовал бокалом с молоком. Томас улыбнулся, но тут же поёжился и посмотрел за спину, на стоявшие пустые бочки. Лиз перестала дышать и прижалась спиной к прохладной стене, чтобы никак не выдать себя, однако инквизитор побегал глазами по бочкам и отвернулся к своему собеседнику.
— Надо покормить старуху и как можно быстрее вернуться в Примору, к Его Святейшеству, а там может и в Аббатство Безмолвных Братьев отправимся.
Стефан радостно крякнул.
— В само Аббатство? На острова Чаржила? — не веря своей удаче, парень скрестил пальцы на обоих руках.
— Прекрати богохульничать, — тут же прервал его веселье инквизитор.
— Простите, учитель, — достав звезду из-под рубахи, прижал её к губам и отсалютовал двумя пальцами вверх, небу. Осенив себя несколько раз знаменем Господа, спрятал медальон и жадно отпил молока.
— Дня через два уберёмся из этой дыры. Деньги остались?
Стефан неуверенно закивал головой.
— Надо лошадку или мула справить. Эта зараза еле ноги волочит. Специально будет нас тормозить. Я сейчас к ней с харчами, а ты пока поисками займись.
— На лошадь может и не хватить, — промямлил Стефан.
— Тьфу ты, тупень. На пьянку всё спустил? — стукнул по столу, свирепея, инквизитор.
— Нет, что вы! — начал оправдываться Стефан. — Пару пинт пива, комната, скромный ужин и они сами как-то растратились.
— Тупень, — вставая, выругался Томас. — Ладно, сам пойду. Карающей Длани трудно отказать, а ты покорми её и не вздумай развязывать.
Томас вышел из таверны, а Стефан, подхватив разнос, засеменил, спотыкаясь по ступенькам, наверх. Лиз выждала несколько минут и вернулась в свою комнату.
— Зздравствуйте, — заикаясь промямлил Стефан, заходя в комнату.
Комната была обычной, такой же, как и у него, с одной кроватью, столом и стулом, на котором сейчас сидела связанная, с руками, заведёнными за спинку стула, ведьма.
— Стефан? — с радостью и надежной выдохнула Анна.
Он покосился на неё, проходя мимо и ставя разнос на стол.
— Стефан! Посмотри на меня, — чуть не плача простонала женщина, — что с тобой?
— Замолчи, ведьма! Я не знаю тебя! — парень выставил перед собой палец и угрожающе сдвинул брови. — Хватит. Замолчи. Иначе останешься голодной.
Женщина опустила чёрные ресницы и чуть сдерживая слёзы, согласно закивала.
— Вот так, — выпрямился парень и важно задрал подбородок. — Что есть будешь? Салат, жареная печень? Из фруктов — только яблоки.
Анна потянула носом и скривилась в омерзении.
— Что угодно, только не жареную печень. Где вы вообще её взяли?
— Тут готовят. Вкусно, пальчики оближешь. Мы с учителем за обе щёки умяли, — погладил он себя по животу и Анну чуть не вырвало.
— Ой, какие мы нежные, — и запихнул в рот ведьмы ложку салата.
Съев несколько ложек, она кивнула в сторону стола.
— Можно яблоко?
Стефан взял яблоко и поднёс к её губам. Она откусила, проводя языком по его пальцам. Парень округлил глаза и покраснев, отвернулся, сделав вид, что не заметил. Прожевав, она провела языком и нижней губой по всей длине пальцев, прежде чем откусить кусочек. Стефан тяжело задышал и с удивлением и испугом посмотрел в фиалковые глаза.
— Что ты делаешь? — чуть прошептал, не решаясь отвести руку, которую Анна начала облизывать и захватывать палец за пальцем в рот.
Яблоко упало и покатилось куда-то под стол, а Стефан, задержав дыхание, боялся шелохнуться или сдвинуться с места. Когда Анна издала протяжный стон, Стефан подался к ней и впился в пухлые губы страстным жадным поцелуем. Женщина откинула голову, насколько это было возможно и в испуге уставилась на Стефана.
— Ты чувствуешь аромат малины?
— Ты и есть моя малина, — Стефан рванул блузу на груди Анны и зарылся между грудями, сжимая их и целуя.
— Остановись. Что-то не так, — запротестовала ведьма, — развяжи меня.
— Не волнуйся, я справлюсь, у меня уже был опыт, — задирая юбки, шептал Стефан.
Ведьма зажмурилась и затараторила:
— Пожалуйста остановись. Ты же будущий инквизитор.
Стефан отлетел к стене, ударившись о ножку стола, ведьма открыла глаза и от неожиданности вскрикнула. Её буравил орлиный взгляд Томаса, у которого, казалось, идёт пар из ноздрей. Ничего не говоря, он поднял за шиворот парня и, тряхнув его как собачонку, швырнул к двери.