Рыба нахмурилась, не веря, что могла допустить такую оплошность. Попыталась вспомнить, оставила она дверь открытой или нет, но из-за усталости и этой проклятой ведьмы, всё смешалось в голове, да и пробуждение не подталкивало к сосредоточению.
— Я был удручён, что в моём огромном замке не нашлось места для моей верной помощницы и имел наглость перенести тебя сюда, чтобы ты имела возможность отдохнуть, — он помолчал и тихо добавил, — надеюсь, у тебя нет по этому поводу возражений.
Лиз нервно закусывала губы, но благо, из-за балаклавы, Ференц этого не видел. Она чуть кивнула головой в знак благодарности и поспешила на выход.
— Не спеши, — он достал из-за кресла флягу и поставил её на стол. — Спасибо за завтрак и вот, возьми.
Ференц протянул горсть золотых монет.
— Ты — лучшая в своём ремесле и достойна самой щедрой награды!
Ференц пересыпал монеты с ладони на стол и опечаленный сел обратно в кресло. Лиз, немного поколебавшись, достала блокнот и написала в нём всего три буквы. Сгребла монеты, положила листок бумаги на стол и быстрым шагом вышла из комнаты, закрывая за собой дверь. Встала, оперевшись о стенку и зажмурившись, тяжело выдохнула. Сомневаясь в правильности своих действий. Дала сама себе пощёчину и вспомнив про «подругу», побежала в свою комнату, точно зная, как выместить злость саму на себя.
Ференц равнодушно посмотрел на листок, взял его двумя пальцами и покрутив, усмехнулся.
— Значит, ЛИЗ, — небрежно кинул его на стол и взяв в руки флягу, откинул голову назад, вытягиваясь в кресле.
Как девушка и подозревала, ведьма ещё спала, раскинувшись на её кровати и сладко посапывая в подушку.
«Кажется, я начинаю понимать, почему вас инквизиторы ненавидят»
Они были знакомы всего ничего, но Рыбе уже хотелось её придушить собственными руками, хотя она всегда использовала холодное оружие.
Подойдя к спящей, она одним движение сорвала одеяло и кинула его на пол. Анна тут же приподнялась над подушкой и запротестовала.
— Что ты делаешь? Я ещё сплю.
Рыба, ничего не говоря, вырвала подушку и потянула за простыню, заставляя слезть женщину с кровати. Сгребла всё с пола и швырнула в ведьму.
— И что мне с этим делать?
Лиз достала чистую одежду и толкнув дверь ногой, ткнула пальцем на лестницу.
— Хорошо, я поняла. Веди, — закатив глаза, Анна скривила недовольную гримасу.
Рыба затолкала ведьму в прачечную, а сама направилась мыться. Выйдя, она обнаружила сидящую на пороге Анну.
— Мне тоже надо помыться и переодеться или мне в этом идти к твоему хозяину? — она потрясла старой юбкой.
Девушка взяла её за руку и завела на кухню. Подтолкнув ведьму в спину, к стряпухе, вышла, громко хлопнув дверью.
— Она всегда такая? — раздосадовано спросила Анна, глядя на дверь.
— Не знаем, — просто ответила стряпуха. — Она гостья нашего графа, хоть и странная. Кролей нам таскает.
— Графа? — оживилась ведьма, оборачиваясь к стряпухе.
Лиз не удивилась, когда в подвале скрипнула дверь. Она уже несколько часов тренировалась в оружейной комнате графа и не слышала этот звонкий и раздражающий голос.
— Так и думала, что найду тебя здесь.
Мимо ведьмы пролетел кинжал, всего в нескольких сантиметрах. И вошёл аккурат в голову висящего чучела кабана.
— Ой, — она ошарашено покосилась на голову вепря и с восторгом протянула, — надо же, какая ты меткая.
— Промахнулась, — совершенно спокойно и тихо ответила Лиз.
— Это хорошо, что ты разговариваешь со мной, — но натолкнувшись на грозный взгляд, тут же добавила, — я помню о твоей тайне и никому не скажу.
— Как тебе моё новое платье? — она покружилась в наряде, что подобрали ей горничные.
Рыба хаотично двигалась по залу и запускала ножи в мишени, не обращая внимания на Анну.
— Мне тоже не очень, но я же не графиня, чтобы наряды его круга носить, — раздосадовано выдохнула, — но это тоже ничего, только цвет не очень. К моим глазам больше синий подойдёт, чем зелёный.
Разочарованно постучав пальцем по своим губам от безразличия Рыбы, она начала обходить зал, всё трогая и рассматривая. Когда она в четвёртый раз что-то уронила, Рыба подошла к столу и, брякнув об него метательными ножами, уставилась на Анну.
— Как здорово, что ты уже освободилась, — оживилась она. — Когда ты меня представишь графу Надашди?
Девушка сняла перчатки без пальцев и, швырнув их к ножам, открыла дверь, в ожидании, когда Анна выйдет для того, чтобы запереть её.