— Собирайся, — кинула она мешок с едой в скучающую ведьму.
— Это был цыганёнок, о котором говорил граф? — радостно подскочила Анна, расправляя платье.
Рыба ушла без ответа, но ведьму это ни капельки не расстроило. Она была рада хоть какому-то изменению в серых буднях. Ещё через четверть часа они скакали в сторону Лугры, одного из крупных городов Империи, раскинувшегося на северо-востоке Империи. Пристанище учёных и мудрецов со всего Света. В академии и школы Лугры мечтал попасть весь образованный люд, тянувшийся к знаниям и наукам. Имена учителей и магистров, преподававших в Лугрских вузах, гремели на всех континентах. Дорога заняла весь день и всю ночь. Утром, Анна, мокрая и голодная, вихлялась в седле, всё чаще зевая и опуская голову. Лиз уверено держалась в седле и всматривалась в проглядывающиеся в серой пелене дождя белоснежные шпили зданий.
Въехав в город, Анна немного взбодрилась, рассматривая снующих учеников и важных магистров, бежавших по своим делам и на учёбу, в то время как торговцы раскладывали свои товары под навесами, прикрывая их от дождя. Как ведьма не упрашивала взять её с собой, всё же решила подчиниться немому приказу девушки, остаться на постоялом дворе и отправиться спать.
Рыба, переодевшись в платье и сняв балаклаву, направилась за городские стены. Пёстрые обозы и шатры она увидела ещё издалека. Дождь и утренняя мгла не позволяли разглядеть одинокий силуэт возле лагеря, но она чувствовала, что это Зара уже ждёт её, пока все спят. Представления начинались ближе к обеду и продолжались до поздней ночи, но из-за дождя могли и отложить выступления до выходных. Подойдя ближе, она узнала по-старчески ссутуленную женщину, опирающуюся на отшлифованную, немного кривоватую палку.
— Я ждала тебя, моя девочка, — Зара приветливо улыбалась и ждала, когда к ней подойдёт гостья.
Лиз не удержалась и расплакавшись, подбежала к старухе, обнимая её и утыкаясь носом в плечо.
— Тише моя, Лизи, — она успокаивающе гладила её по голове, — я всё знаю. Я почувствовала, что обряд был нарушен.
— Но кто? — шмыгнув носом, спросила девушка.
— Не знаю, его прячут от моего взора Дороги, но если я его увижу, то обязательно скажу.
— А где Каталина? — давясь слезами, прошептала Лиз.
— Её здесь нет. Она с моим сыном в Халедсе, — отстраняя заплаканную девушку, Зара хотела рассмотреть её лицо. — Не волнуйся, с ними всё хорошо. Деньги я пересылаю регулярно, но он и сам состоятельный человек.
— Хорошо, — кивнула, успокаиваясь Лиз.
— Ты стала настоящей красавицей, — улыбнулась цыганка, — идём в мою кибитку, там нас не потревожат.
Пройдя внутрь, старуха и девушка опустились на ковёр, с раскиданными по полу подушками. Зара протянула ей тарелку со вчерашним остывшим жарким из кролика.
— Я ждала тебя, моя девочка, — она налила в кружку молока и поставила перед Лиз, — ты проводишь меня в дальний путь.
— Ты уже знаешь? — насупилась девушка, уплетая хоть и холодную, но вкусную еду. — В замок четыре дня добираться. Времени нет.
— Успеем, — с грустью сказала Зара.
— Что не так? — насторожилась Лиз.
— Я не вернусь в табор, — с улыбкой и грустью сказала цыганка, — это — моя последняя дорога.
— Но…
— Я уже совсем старая, — перебила её старуха, — я не могу увидеть конец своего пути, но знаю, что он близок.
Лиз отставила тарелку.
— Ты знаешь, зачем меня прислал граф? — вытирая рот и дожёвывая, спросила она.
— Я не могу знать всего, дорогая, тем более я не могу видеть будущее незнакомых мне людей. Мои силы намного слабее, нежели моего сына.
Она посмотрела, как девушка с жадностью выпивает молоко и продолжила.
— Я пойду с тобой и постараюсь помочь, но если что-то будет не в моих силах, то разыщи моего сына, Сонакая. Его все знают в Халедсе. Заодно и с Каталиной свидишься.
Девушка нахмурилась и отставила кружку.
— Со мной ведьма. Ей нужна помощь так же, как и граф рассчитывает на твои ответы.