Это уже К. Типпельскирх, его «История второй мировой войны», страница 445-я.
Это тоже о Белорусской наступательной операции советских войск. Получается, увы, что противник объективнее союзника. Союзнику, пусть даже бывшему, мало пристало подобное. Ибо это кощунство перед памятью собственных воинов, павших в общем бою с фашизмом.
Нет, советская тактика наступления ничего общего не имела с осторожной и выжидательной позицией, которую занимали западные державы в борьбе с гитлеровской Германией. Напротив, это была тактика решительной и бескомпромиссной борьбы на полное уничтожение врага — матерого фашистского зверя…
Войска 1-го Украинского фронта готовились наступать на Львовско-Сандомирском направлении. Перед нами оборонялись войска противника, объединенные в группу «Северная Украина», — 4-я и 1-я немецкие танковые и 1-я венгерская армия — всего 40 дивизий и две пехотные бригады.
Противник сумел создать глубокоэшелонированную, хорошо оборудованную в инженерном отношении оборону, использовал пересеченную местность, лесные массивы, реки и озера. Города и крупные населенные пункты были превращены в опорные пункты и узлы сопротивления.
Но и 1-й Украинский фронт был подготовлен для ведения острой борьбы — его значительно усилили, он стал в тот момент самым мощным объединением в Советских Вооруженных Силах. Это определялось важнейшими задачами, которые перед ним ставились, — довершить освобождение Украины и протянуть вместе с другими фронтами руку помощи братскому польскому народу — освободить восточные области Польши.
Новый командующий фронтом — Маршал Советского Союза И. С. Конев создал две ударные группировки: первая (две общевойсковые, одна танковая армии, конно-механизированная группа) наносила удар в Рава-Русском направлении, другая (две общевойсковые, две танковые армии, конно-механизированная группа) наступала на Львов.
1-я гвардейская танковая армия сосредоточилась в районе города Дубно.
Помните у Гоголя: «Я тебя породил, я тебя и убью», — произносит Тарас Бульба? Это тут происходило, у города Дубно. Это здесь, за стенами средневековой крепости, пряталась красавица панночка, из-за прекрасных глаз которой погиб младший сын Тараса — Андрий…
Другие времена, другие события на этой земле. Но политрук, рассказывая бойцам на привале, что это за город такой — Дубно, все равно произносит слова из «Тараса Бульбы»: «Да разве найдется на свете такая сила, которая пересилила бы русскую силу!» И они звучат вполне современно, будто сочиненные сейчас, перед боями, которым суждено стать новой блестящей страницей в истории побед Красной Армии, наследницы славы русского оружия.
Дубно давно утратил свою средневековую экзотику — нет тут никакой старой крепости, ни глубокого рва, наполненного водой. Но, видно, история борьбы предков за свою национальную независимость всегда будет волновать сердца потомков.
Потому, наверное, встретилась мне в только что освобожденном Дубно экскурсия — целая группа деятелей украинской культуры и науки, которые очень заинтересованно ходили по улицам этого города и вслух восхищенно толковали о Тарасе Бульбе. А один человек в этой довольно живописной группе внешностью своей сам напоминал незабвенного запорожца. Это был не менее легендарный человек, только наш современник — один из организаторов партизанского движения на Украине С. А. Ковпак.
— Что тут делаешь, полковник? — строго окликает он меня. — Вам тут не байки про Бульбу надо слухать, а вперед идти.
— А вы, Сидор Артемьевич, — пытаюсь я парировать, — чуть только Украину освободили, по освобожденным районам стали с экскурсантами разъезжать?
Ковпак понял, рассмеялся:
— Та ни! То я так бачу, земляки и землячки, опять же — красавицы. Дай, думаю, дознаюсь, хто воны таки и шо им Тарас Бульба! Поняв, чи ни? Во-во. Так шо вперед, товарищ полковник.
— Слушаюсь, товарищ генерал! — я козырнул.
— О це дiло! — довольно улыбнулся Ковпак…
Лето было в разгаре. Тихие вечера незаметно переходили в тихие украинские ночи. Птичьи ночные шорохи лишь изредка нарушал заливистый собачий лай. Всем казалось, что война где-то далеко-далеко, за тридевять земель.
Но она была рядом. В ночь на 13 июля тишину разорвал грохот артиллерийской подготовки. Пришел черед наступать обеим группировкам нашего фронта.
Первую полосу вражеской обороны мы прорвали сравнительно легко. Вторую не удалось. Оказывается, противник сумел здесь разгадать наши намерения и в ту же ночь, на 13-е, отвел свои войска из первой полосы обороны во вторую, укрепил тем самым эту вторую полосу и спас свои войска от первоначального артиллерийского удара.