Остальные хватались за эти кусочки, как за драгоценности. При каждом новом факте о ней, их глаза искрились так, словно они находили кусочек от пазла в десять тысяч деталей. Сама Фрида окончательно приняла тот факт, что у нее есть стая. Она понимала, что при первой же опасности уйдет, уйдет не оборачиваясь, сделает все ради того, чтобы не втянуть их в игры со смертью, в которые она играет с самого рождения. Смотря на них она не хотела им той же участи и была рада, что все самое ужасное осталось для них в прошлом. Конечно было ясно, что кошмары прошло все еще преследуют всех их, но главное, что новых на горизонте не прослеживается.
Их будни превратились в рутину, совместные посиделки в столовой. Прогулки по парку всей толпой. На работу в кафе пока что не было надобности, бос решил закрыть его на время разбирательства. Но даже до закрытия посетителей становилось все меньше и меньше с каждым днем. Страх все еще бродил в глазах жителей города.
Несмотря на убеждения стражей порядка о том, что они бросили все силы на поиски Ветров, результатов так и не было. Для секты, верующей в отвратительность всего магического, они слишком уж по волшебному растворились в воздухе, как бы иронично это не звучало. Ветра скрылись, а проблемы после них остались. Наступил настоящий ад для тех, кто пренебрегал правилами. Полицейские машины встречались на каждой улице, иногда и не по одной. Что они хотели поймать в центре города посреди дня, никто понять не мог, но смирились с данным фактом.
На фоне всего этого собраний местных стай и сообществ стало больше. Если раньше было одно-два в полугодие, то за последние два месяца их было уже семь. На дворе только конец октября, а от рож этих оборотней и ведьм, Фриде уже плохо. Они все были такими нервными и вспыльчивыми. Каждая стая пыталась подавить другую, каждая ведьма пыталась показать свое превосходство над другими, конечно громче всех возникал Майк, но на него уже все привычно закрывали глаза. Казалось, что все эти собрания проводились только ради этого. Но нет, их цель носила другой характер.
Все присутствующие хотели убедиться, что в остальных стаях не происходят конфликты, из-за которых у них у всех были бы проблемы. Так же такие встречи обеспечивали снятия напряжения для сильно буйных магиков. Обычно именно они больше всего кричали и бушевали во время встреч. Вот такой вот своеобразный контроль и антистресс.
Айзек с ребятами обычно сидели где-то в стороне, а вместе с ними теперь и Фрида. Они не вмешивались в дела остальных, не вступали в конфликты, полностью игнорирую выпады в свою сторону. Не смотря на полное игнорирование с их стороны, все остальные уделяли им огромное внимание. Во время голосования или переговоров, их голос становился одним из важнейших. Это естественно бесило некоторых (Майк), но было фактом. Несмотря на малочисленность Стаи, они все равно были одной из сильнейших групп. И это заставляло с ними считаться.
В целом ведьме нравилось ее новое место рядом с ребятами. Она вошла в их группу, как по маслу, словно так и должно было быть. Вот она сила истинной Стаи. У всех была своя роль. Свое место. Они понимали друг друга с полуслова, а иногда и вовсе без слов. Один жест, взгляд или вдох, и все становилось понятно. Они были единственной истинной Стаей города, и никто не мог понять и принять их взаимоотношения, да им этого и не надо. Они были друг у друга.
Сейчас ребята сидели в комнате парней и занимались своими делами. Клаус и Хейли, сидящая у него на коленях, уместились в кресло мешок и смотрели какой-то мультфильм на ноутбуке, очень тихо, чтобы не мешать остальным. Жан спал на своей кровати, свесив одну ногу на пол, умаялся, живчик, за день. Айзек читал книгу сидя на своей кровати, на столько тихо, что с его стороны доносился лишь шелест страниц.
-Вы не знаете где Фрида? – раздался его голос в тишине. Они не видели ее с обеда в столовой, поэтому небольшое волнение закрадывалось в голову.
-Она говорила, что хочет пройтись по магазинам, но зачем не сказала. Вроде должна уже скоро вернуть. –
Не успела девушка договорить, как дверь комнаты открылась, впуская брюнетку внутрь. Фрида выглядела обычно, ничего сверхъестественного, все как всегда. Но это было не показателем.