Но это все начнется завтра, а сейчас ведьма была в мире Морфея, продолжая спать до самого утра без кошмаров.
Утро было на удивление приятным. Девушка открыла свои глаза. Ночью, когда она завалилась спать после долгой дороги, ей не пришло в голову осмотреть комнату, которая ей досталась. А посмотреть было на что. Спокойный глубокий синий цвет стен и большие окна создавали в комнате ощущение свободы. Пространства и так было много, но из-за цветовой палитры и больших окон, его казалось еще больше. Мебели было немного: шкаф, большая кровать и стол со стулом. Всё. Минимализм в чистом виде. По всей видимости, эта комната и прежде была гостевой и необжитой.
По тишине в доме, можно было похвалить людей занимающихся звукоизоляцией. Ну или же все обитатели дома еще спали после изматывающей дороги. И судя по часам, которые показывали десять часов утра, так и есть. Брюнетка не могла оставаться в кровати и решила не терять время в пустую, а пойти проверить есть ли что-то из продуктов. Перед этим заскочив в ванную, чтобы привести себя в порядок.
-Смотрю ты даже на каникулах не отклоняешься от привычного тебе графика? – зевая спросил Айзек, заходя на кухню уже в двенадцатом часу дня – Мило выглядишь. – оглядел парень девушку в фартуке.
-И тебе доброе утро. – она махнула в его сторону лопаткой и указала ею в сторону стола, на котором уже стояло пять порций яичницы с беконом и тарелка блинов. – Садись завтракать. Судя по речам, которые я слушала от Жана и Хейли на протяжении недели, день будет нагруженным. –
-Ты думаешь он начнут реализацию своих планов с первого же дня? – усмехнулся оборотень, пройдя рядом с девушкой наливая себе сок – Лично я сомневаюсь, что они вообще сегодня встанут с кровати. -
-Я буду молиться на твое предположение. –
Дни каникул проходили со скоростью света. Фрида продолжала все больше радоваться местному климату, благодаря которому даже зимой было тепло. Поэтому ребята могли спокойно устраивать небольшие походы в лес, находясь там на протяжении всего дня и не замерзать. Они разжигали костер на котором жарили закуски. Зефир, хлеб, картошку, мясо, в ход шло все, что было съедобно и можно было жарить. А еще они много разговаривали. Ребята узнавали Фриду, а Фрида ребят. Она уже приняла решение того, что хочет быть с ними настоящей. Хочет остаться в их памяти реальным человеком, а не очередной ширмой личности. Маской. На второй день она решила снять маскировку с глаз. Ребята удивились и восхитились красотой необычного цвета, но не стали ничего расспрашивать.
-Этот дом напоминает мне дом моей бабушки в деревне. – однажды вечером у костра заговорила блондинка – Нет, он конечно же не такой же шикарный и большой, но такой же теплый внутри, и находился он чуть в глубине леса, дальше от остальных домов. Мне нравилось бегать по утрам по двору, собирая росу босыми ногами. Бабушка, конечно, потом ругалась на мокрые следы на полу, но в ее глазах всегда искрилось доброта и смех. – Хейли тепло улыбалась смотря на огонь, прижавшись ближе к Клаусу.
-Ну, как вы знаете, в нашем доме никогда не было чего тепло между нами и родителями. Отцу мы не нравились, а мама… - начал Клаус – Не думаю, что она любила нас. Но и ненависти к нам не питала. Скорее она боялась и ненавидела отца. – почти безучастным голос произнес оборотень, но в нем все же плескалась грусть.
-Но зато мы с братом очень любили проводить время сидя высоко на деревьях. Даже после попадания в приют, эта привычка не покинула нас. – переключая внимание брата, произнес Жан.
-Ага. Правда потом, кое-кто ныл и канючил мне о противных занозах на рука. – уже веселее сказал младший близнец.
-Брат! – наступило недолго молчание. Спокойствие было столь приятным.
-У меня огромная семья. – неожиданно начала Фрида. Девушка решила, что если не будет вдаваться в подробности, то ничего страшного не случиться – Большое количество тетушек и дядюшек, двоюродных братьев и сестер, бабушек и дедушек. И мать. – Жан привалился к ее плечу и девушка запустила руку в его кудрявые волосы, расслабляясь – Но из всех них единственным родным человеком был Елен, мой двоюродный брат. Который заботился обо мне больше чем о самом себе. Что было странно для менталитета нашей семьи. –