Солнце клонилось к западу. От места встречи с учителем я был уже далеко. Чувство голода давало себя знать. Я доел остатки своего хлеба и решил устроиться на отдых. Выбрал укромное место среди зарослей терновника и собрался расстелить попону. В это время я услышал, как слева от меня кто-то пробирается через кусты. Кто бы это мог быть? Животное или человек? Громкий треск сухих сучьев приближался. Решил взглянуть поближе на возмутителя тишины. Пригнувшись, подобрался к прогалине между кустами. Смутно увидел фигуру мужчины. Он пробирался зарослями, ни чуть не опасаясь, и собирал ягоды терна. Я не поверил своим глазам: Васа! Забыв про осторожность, громко окликнул друга. Мы бросились обниматься, не скрывая слез радости.
МЫ ОПЯТЬ ВМЕСТЕ!
А теперь судите сами: случайно ли это? Мы блуждали по чужой стране, не зная языка, совершенно не ведая пути другого. На четвертые сутки мы встретились в лесной чаще. Каждый из нас шел к этой встрече своим путем, неведомым другому. В это трудно, невозможно поверить, но ЭТО БЫЛО!
А ЖИЗНЬ ИДЁТ…
После трехдневной разлуки со своим товарищем по побегу, мы направились к одному из заброшенных домов на окраине деревушки, затерявшейся между лесистыми холмами на северо-востоке Франции. Эту полу заброшенную деревеньку присмотрел мой приятель, когда мы отдельно друг от друга плутали целых три дня.
Где-то около часа ночи мы шагаем по сельской дороге. Тишина, только нет-нет, да и вспорхнет где-то птица, разбуженная нашим появлением, заставляя и нас настороженно остановиться и прислушаться. Теплые летние французские ночи…
Прогретая за день солнцем дорога и ночью излучает душное тепло. Наш путь лежал через эту деревню, где нам необходимо было подкрепиться у местных крестьян. Обычно наши потребности ограничивались несколькими спичками, щепоткой соли да дорогим для нас табачком…
За время наших более чем двухмесячных скитаний по далекой чужой земле у нас появилось чутье на жилье. Вот и сейчас потянуло запахом скотины, дымка и чего-то уютного, жилого. И вот мы уж на окраине. Дома здесь разбросаны привольно по окрестным холмам далеко друг от друга. Обычно мы с другом заранее намечали дом, в который можно было войти, не опасаясь за последствия.
На этот раз домик был недалеко от дороги, вдали от соседей. Договорились, что спросим у хозяев соли, так как наши запасы уже кончились. Тихо подкрадываемся к дому. Окна, как обычно в тех краях, закрыты ставнями. И только в небольшую щель пробивается полоска света. Решаем посмотреть, кто есть в доме.
Над простым деревянным столом тускло светит керосиновая лампа. На столе скромный сельский ужин, от вида которого у нас засосало под ложечкой. У стола сидит молодой парень, а у него на коленях девушка. Она левой рукой обняла его за шею и о чем-то мило беседует с ним. Изредка они, крепко обнявшись, целуются, уверенные в своем уединении.
Мы с приятелем, совершенно не сговариваясь, отскочили от окна, оставив влюбленную парочку в покое. Сперва молча, а затем обсуждая между собой этот случай, мы пошли прочь от деревни по проселочной дороге…
Этот житейский эпизод унес нас далеко в мирные времена, в нашу прерванную юность. Да, жизнь все-таки сильнее войны и смерти! А ведь в это время где-то идут жаркие бои, а где-то…
КРАЖА
Наверное, все вы видели широкие улицы в наших российских деревнях? Дома на них стоят широко, просторно, на значительном расстоянии друг от друга. Примерно так же выглядела одна из многих деревень на севере Франции в 1942 году. Правда, видеть мне ее пришлось ясной августовской ночью, при свете полной луны. Впервые за время нашей «экскурсии» по Франции нам встретилась такая широкая деревенская улица. Большая часть домов этой деревни расположилась на пологом склоне холма, и лишь немногие на вершине. Мы с другом решили зайти в самый крайний дом на вершине холма. Увидев слабый свет в окне дома, мы поняли, что обитатели его еще не спят. Отворив дверь, увидели в большой комнате очень скромную, даже по сельским понятиям, обстановку. Сразу было видно, что хозяева не из богатых.