Майор подал руку, Мирзо протянул свою. Рукопожатие получилось крепким и сердечным.
Когда обычные в таких случаях темы разговора были исчерпаны, гвардии майор Мурадян сказал Бобаджанову:
— Центральный Комитет ВЛКСМ наградил вас Почетной грамотой. Мы привезли ее.
Киселев развернул свернутый в трубку лист плотной бумаги. Это была грамота — красочная, с оттиснутыми изображениями орденов, которыми награжден комсомол, и большим заголовком, отпечатанным бронзой. Внизу синела размашистая подпись первого секретаря ЦК ВЛКСМ Николая Михайлова.
— Вот это да! — ахнули в восхищении подчиненные Бобаджанова, которые были тут же.
— Сегодня вручим, — сказал Мурадян Бобаджанову. — Сейчас мы с Киселевым пойдем к комбату и решим, когда можно будет собрать комсомольцев.
Это была первая встреча Мирзо Бобаджанова с гвардии майором Мурадяном. Вручив комсоргу роты Почетную грамоту ЦК ВЛКСМ, он ушел, пообещав скоро опять побывать в пулеметном взводе. И пришел, и опять не один, а в этот раз с Дроновым. Этому визиту предшествовал разговор в политотделе.
Но предварительно поясним, каким образом Мурадян оказался в 97-й гвардейской стрелковой дивизии.
В начале 1944 года гвардии майор Мурадян был направлен с фронта на Высшие курсы политсостава Красной Армии. Они находились под Москвой, в Перхушково. Курсы дали Мурадяну много. Лекции читали работники ЦК партии и Наркомата иностранных дел, офицеры НКО и ГлавПУ РККА, военные ученые, пропагандисты, прошедшие фронтовую школу. Поездки в Москву, посещения выставок и предприятий, встречи с рабочими, артистами, писателями обогащали Виктора Аслановича, как и других слушателей, знаниями, расширяли его кругозор, вооружали опытом работы.
После курсов Мурадян получил назначение в 97-ю гвардейскую стрелковую дивизию на должность заместителя начальника политотдела. Гвардии подполковник Пантелеев, начальник политотдела, ввел своего зама в курс дела, представил офицерам штаба, политработникам. На другой день Пантелеев сказал Мурадяну:
— Надо выпустить листовку о пулеметчике Бобаджанове. Материал о нем есть в редакции нашей газеты. А еще поговорите с лейтенантом Дроновым из батальона майора Ольшевского. Он знает Бобаджанова.
— Задача ясна, — ответил Мурадян. — Сроки?
— Три дня — не больше. Впереди Висла, бои за захват плацдарма и на самом плацдарме. А у Бобаджанова на сей счет большой опыт.
Мурадян пошел в редакцию, прочитал там опубликованный в газете материал о расчете Мирзо, поговорил о Бобаджанове с работниками редакции. Оттуда направился в батальон Ольшевского, где и встретился с гвардии лейтенантом Дроновым. Молодой жизнерадостный офицер произвел на заместителя начальника политотдела приятное впечатление. После того как они познакомились, Мурадян спросил:
— Сколько вам лет?
— В декабре будет двадцать.
— Откуда родом и давно ли на фронте?
Узнав, что лейтенант из Москвы, Мурадян сказал, что только что прибыл оттуда — получал в Москве назначение в дивизию.
— Я к вам насчет пулеметчика Бобаджанова. Не смогли бы вы рассказать о нем?
— А зачем это? — поинтересовался Дронов.
— Листовку надо выпустить.
— Понятно. Дело нужное, Мирзо заслуживает того, чтоб о нем узнало как можно больше бойцов.
Комбат разрешил Дронову проводить Мурадяна в 294-й полк к Бобаджанову. Майор сказал, что уже был в полку, встречался с Бобаджановым. И не просто встречался, а вручил ему Почетную грамоту ЦК комсомола.
— Вот как? Надо поздравить Мирзо. Да и не буду скрывать — увидеть его хочется.
Вскоре они были в 8-й роте, снова встретились с Бобаджановым. Восстановили в памяти эпизоды весенних боев, чтобы ярче и полнее показать боевой характер Мирзо.
А через три дня начальнику политотдела принесли свежие номера дивизионной газеты и пахнущую типографской краской листовку. Гвардии подполковник Пантелеев взял ее в руки и с удовольствием стал разглядывать. На листовке был портрет Бобаджанова. Под заголовком «Герой днестровского плацдарма» шел текст:
«Сейчас трудно в это поверить, фантазия бледнеет перед действительностью. Горстка советских воинов-храбрецов во главе с гвардии старшим сержантом Мирзо Бобаджановым бросила дерзкий вызов наглым фашистам — двое суток вела неравные бои в отрыве от роты. Пулеметный расчет Бобаджанова не уступил врагу ни одной пяди захваченной за Днестром земли, уничтожил более 50 гитлеровцев…»
Листовка заканчивалась призывом:
«Гвардейцы! Бейте фашистов так, как бьет их герой днестровского плацдарма кавалер ордена Славы 3-й степени комсомолец гвардии старший сержант Мирзо Бобаджанов!»