По части магических способностей каждый из смертоносной тройки уступал таким коллегам, как Суно Орвехт или Марченда Фимонг, но они восполняли этот недостаток, действуя сообща. Давно сработались, понимали друг друга с полуслова. Единственной неудачей в их послужном списке был Чавдо Мулмонг. И больше сотни успешно завершенных ликвидаций. Сейчас они получили задание устранить бывшего первого амулетчика Светлейшей Ложи, бывшего самозваного короля Ларвезы, угробца Дирвена.
Над костром грелся котелок с водой, на деревянной подставке поблескивал позолотой сиянский заварочный чайник с кобальтовой росписью – любимый чайник Костоправа, он всегда брал его с собой в такие вылазки. Спица тем временем достала склянку с нангерским притиранием для лица, а Сорокопут принялся нарезать тонкими кружочками колбасу худьякьяги, по этой части он виртуоз.
– Есть шансы, что завтра пересечемся, – обронил Костоправ – нынче была его очередь плести чары, определяющие местоположение объекта и приблизительное расстояние. – Главное, не спугнуть.
– Что это?..
Хохот и вопли в отдалении. Звуки приближались.
– Местные резвятся?
Вскоре из-за скалы выскочила патлатая черноволосая деваха. Она дико хохотала и размахивала на бегу, словно флагом, какой-то тряпкой. Промчалась мимо людей, из-под юбки мелькнули шерстистые ноги.
– Горная дева, – констатировал Сорокопут.
Следом за ней из-за поворота вылетел взъерошенный парень. На нем были короткие полосатые подштанники, нангерская куртка и ботинки.
– Отдай штаны, сука! – проорал он и исчез в сумерках вслед за беглянкой.
Смех и крики удалялись, их множило горное эхо.
Вскочившие маги-устранители ошеломленно переглядывались.
Котелок валяется на боку, склянка укатилась в одну сторону, крышка опрокинутого чайника с отколотым носиком – в другую, кружочки колбасы втоптаны в грязь.
– Это был наш объект, – нехорошо сощурился Сорокопут.
– Вот демоны, он уже далеко, – процедила Спица.
– Мой чайник, – бесцветным голосом произнес Костоправ.
И коллеги поняли, что у него теперь есть личный повод, чтобы разобраться с Угробцем.
Глава 13. Заговор неудачников
В один прекрасный день – а для Венши все дни были прекрасны – у нее в памяти всплыло имя: Венкина. Будто бы так звали девушку-актерку, о которой рассказывал Хантре. То ли бартоженка, то ли куртавянка.
Поразмыслив, она решила, что это подарок города: двойной облик – двойное имя – двойная защита. Пожалуй, в Ляране ей даже песчаные ведьмы не страшны. Здесь она неуязвима, и уж она постарается, чтобы ее город вволю рос во все стороны. Спросить бы еще у рыжего, и впрямь она была в прошлой жизни Венкиной или нет. Поскорей бы тот вернулся. С ним веселее, хотя сам он редко веселится.
– Жду не дождусь, – усмехнулся Тейзург, когда она сказала об этом вслух. – Его сейчас в Шибеват занесло, оттуда они с Хеледикой ушли в Кукурузную Прорву. Слыхала о Шибевате?
– Народ на базарах обо всем на свете судачит, о тамошних нравах знаю. Люди обзывают извергами наше племя, а сами-то, сами… Рыжий там кого-нибудь уделал?
– Ограничился сломанной челюстью и разбитыми в щепки воротами. Ювелир! Я, разумеется, предупредил их, что если будет погоня, пусть меня ждут в гости. Они заверили, что претензий не имеют. Теперь только считать дни, когда он выйдет из прорвы. Венша, скажи, почему он раз за разом рвет в клочья мое бедное сердце и даже не замечает, что сделал?
Вопрос был риторический, и она лишь вздохнула сочувственно.
Выдержав паузу, начала подбираться к разговору, о котором размышляла уже несколько дней:
– Я хочу выставить из дворца одну особу.
– М-м? – он вскинул красиво очерченную бровь. – Кто же из нашего цветника тебе не угодил? Если речь о Касинат, то учти, принцесса нужна мне в политических целях. По крайней мере, на ближайшие несколько лет. Если о Нинодии… Что она опять стащила?
– Я не про них, они занятные. Я про нашу новую придворную даму.
– Вот как… Ты ведь сама ее порекомендовала.
Венкина кивнула, теребя левую косицу с лентой в горошек – с правой стороны распущенные волосы клубились пышным облаком цвета ржавчины.
– Она сначала показалась мне забавной, а потом… Когда она начала обустраиваться в своей комнате, мне стало тревожно, как будто я почуяла беду. Амуши не крухутаки, мы живем-играем, у нас предчувствий не бывает. И уж если я что-то почуяла – это чутье хранительницы! Значит, она опасна или для города, или для тебя – его основателя.
С тех пор как Венша стала духом-хранителем, они с Тейзургом перешли на ты. Сам предложил: мол, ты больше не служанка, у тебя теперь другой статус.