На западной границе Кукурузной Прорвы изгороди не было. Пересекли невидимую черту – и восприятие враз изменилось. Хантре невольно стиснул зубы, ощутив отдаленный ментальный шум, от которого отдыхал несколько дней.
– Омлахарисият зачарована, – минуту спустя сообщила Хеледика. – Она в этих чарах, как в паучьем коконе, нужно их распутать, я потом попробую. И никакой «мясорубки» у нее нет. Нас догоняют. Наверняка среди них маг или амулетчик, приготовься.
– Я готов, – отозвался Хантре, одновременно отправив мыслевесть Тейзургу.
«Я рад, что ты внял моему предупреждению, – довольно промурлыкал собеседник. – Иной раз доброе слово способно творить чудеса, даже без пистолета. В особенности, если это мое доброе слово».
«При чем тут бартогские пистолеты?»
«Да ни при чем, просто так. Где вы находитесь?».
Вытащив из поясной сумки «Навигатор Унца», Хантре сообщил координаты.
«Ближайший к вам город – Керет, двенадцать-тринадцать шабов на юго-юго-запад. Так себе дыра, но там рынок, и оттуда во все стороны ходят караваны. У меня там кое-кто есть, отправлю вам навстречу».
«У нас на хвосте погоня».
«Кто? По моим данным, из Шибевата за вами никого не посылали. Если осведомители ввели меня в заблуждение, они, надеюсь, понимают, что с ними будет...»
«Не оттуда. Это местные, из прорвы. И с ними кто-то еще. Потом расскажу, сейчас некогда».
«Ты везде найдешь приключений, даже если послать тебя в лавку за хлебом. Сколько их?»
«Четверо. Я справлюсь. Они уже близко».
Преследователи догоняли. Тоже пешие – лошадей в деревне не держали, а ишаков эти четверо с собой не взяли. Интересно, почему? Побоялись, что животных что-то напугает, и те сбегут?
Руджадил и Чирван. С ними еще двое в низко надвинутых шляпах – у одного с залихватским пером, у другого опоясывающая тулью лента сверкает стекляшками, и в придачу куфла так и переливается бисером. Нунефай, сменившая юбку на шаровары? Не она, вдобавок не разобрать, женщина это или мужчина.
В деревне Хантре этих двоих не видел. Старались не попадаться на глаза? Скорее всего.
– Ведьма, – тихо сказала Хеледика, после того как он передал ей бинокль. – Стекольная. Ее зовут Ламенга Эрзевальд. Она в розыске, весной в Аленде сотрудничала с Лормой и Мулмонгом. С пером не пойму кто, вроде бы его портрет я тоже видела среди тех, кого разыскивает Ложа. Ламенга сильная ведьма, но я сильнее.
– Знаю о ней. Это она тогда поймала нас в Жафеньяле по заказу Ктармы.
– На что они рассчитывают? – в раздумье произнесла девушка. – На что-то ведь рассчитывают, раз увязались за нами.
Хантре взглянул на Омлахарисият. Та безучастно стояла рядом, и выражение ее покрытого болячками лица нельзя было назвать ни пустым, ни осмысленным – просто юное человеческое лицо в застывшем мгновении. Вновь ощутил отголосок прежнего озноба: хорошо, что они избежали… Чего?.. Насчет этого так и не прояснилось, но если б не избежали, дальше было бы совсем плохо. Для обоих. Главная опасность позади, а теперь нужно доставить ее туда, где ей смогут помочь.
– Ламенгу я беру на себя, – деловито предупредила Хеледика. – У нее стекляшки, у меня песок.
– Возможно, у нее есть что-то еще.
– Вряд ли оно сильнее песка великой пустыни.
Погоня приближалась. Стекольная ведьма держала предмет, похожий на всклокоченную меховую муфту. Ловушка для саламандры? Риии лучше не выпускать, для нее это добром не кончится.
– Уважаемые, вы нас ограбили! – издали крикнул запыхавшийся от быстрой ходьбы Руджадил. – Верните то, что беззаконно присвоили, больше нам ничего не нужно! Мы честные люди, не разбойники!
– Если вы про кукурузные лепешки, мы их уже съели по дороге! – крикнул в ответ Хантре.
– Верните нам девушку! Мы ее купили в Керете, а вы взяли да увели с собой! Если вам нужна прислуга, сами на рынке покупайте, зачем же нас обижать? Отплатили за гостеприимство, пусть вам будет совестно!
– А вам убивать людей не совестно? – спросила Хеледика.
– Мы уже все решили по-хорошему, нашелся для нее жених. Богами и псами клянусь, мы не принесем ее в жертву на алтаре Ийжу и Мусу! Верните ее нам.
– Конечно, не принесете, потому что нет никаких Ийжу и Мусу. Для чего вам понадобилось это представление?
Староста еще больше побагровел и слегка дернул подбородком, словно хотел взглянуть на шагавшего рядом мужчину, но удержался. Не в курсе он, для чего. Ему за это заплатили, и не его ума дело, какую цель преследуют наниматели.