— Подозреваю, — кивнула Белая Мать. — Чарна привлечет Мика.
— Боюсь, с Четом мы окажемся в полной… — Лаони смутилась. — Простите за слог, общение с родней расхолаживает. Я не вижу причин Четрну помогать нам.
— У него есть причина. И очень весомая. В чем дело, дочь моя?
Лаони потупилась:
— Это…
— Мы отнюдь не используем их. — Белая Мать грустно улыбнулась. Она видела чуть дальше ученицы. — Пора в путь.
— Хорошо. — Лаони отыскала взглядом Сета и кивнула.
Тауры всхрапнули, принимая в седла бойцов. Над дорогой проплыл переливчатый свист.
— Вперед, — скомандовал Сет.
Михаил всецело сосредоточился на езде, искренне опасаясь за филейные части, дарованные природой. Таур, чувствуя неопытную руку, двигался неровно — зигзагом. И он пах… Михаил вскинул голову в надежде на очищающие запахи леса. Отчасти ему полегчало. Разлапистые ели, кряжистые дубы и гигантские акации, пестрым полотном сокрывшие дорогу, успокаивали глаз. В полотне наметились первые прорехи, лес поредел — измельчал, растворяясь в живописной долине, приютившейся в объятиях гор.
Невдалеке, среди холмов, петляла широкая река, кроясь рябью от легких прикосновений ветра. Чуть дальше, за рекой, серебряным облаком раскинулась роща клиновидных деревьев.
Михаил прислушался. От рощи исходил легкий переливчатый звон.
— Аолен. Серебряный сад, — пояснила Лаони. — Иногда мне жаль, что он вечен.
— Почему?
— Смотри внимательней.
Михаил посмотрел. Несколько кособоких приземистых домиков чернели на фоне серебра. Долговязая мужская фигура махала топором, слышался далекий треск… Три детские тени в лохмотьях бродили по траве. Время от времени они наклонялись к земле, собирая нечто в болтавшиеся на плечах сумки.
— Меня сейчас вырвет. — Четрн скорчил брезгливую гримасу. — Не смотри на меня, Белая, я знаю вкус жуков.
— Аякс голодает. — Женщина окинула долину печальным взором.
Дорога повернула, удаляясь от реки. На ее левой обочине кособоким видением промелькнул двухэтажный дом. Облупленная вывеска свидетельствовала — некогда дом представлялся таверной «Три бочонка». Высохший мужчина преклонных лет в застиранной куртке сидел на крыльце, хмуро глядя на проезжавших…
— С такими взглядами недалеко до беды, — обрадовал спутников Четрн.
Вместо Лаони ответил Бэрит:
— Перед моим отъездом начали громить богатые кварталы.
— Серебряная стража разобралась с беспорядками, — быстро сказала Мистерия. — Но…
— «Но» всегда мешает. — Михаил усмехнулся.
— Аякс, — объявил Сет.
Глава 13
Столица Босорры претендовала на оригинальность, строясь на горных террасах, полого вздымающихся к небу. Венец скальных пиков придавал ей монументальный вид — город на века, припорошенный грузом прожитых лет. Высокая городская стена, разделенная штрихами смотровых башен, подпирала разноцветье зажиточных районов, темный хаос извечных трущоб, улицы — серпантины, торговые и ремесленные площади с людской суетой. А в вышине серебром и фиолетом мерцал дворцовый комплекс, чья центральная башня на равных соперничала с горными вершинами.
— Там просто обязана найтись жратва, — буркнул Чет.
Мрачные стражники беспрекословно пропустили отряд сквозь арку ворот. Копыта тауров зацокали по булыжной мостовой.
— Куда мы едем? — на всякий случай спросил Михаил.
— Во дворец. Вас примут как… моих друзей. — Лаони мельком взглянула на Чета.
— Польщен, — быстро закивал Курьер. Хихикнула Ка.
Изогнутые ленты дорог, запруженные телегами и разномастным людом, арочные мосты и переходы вывели отряд на дворцовую площадь — к царству аляповатых фонтанов, величественных статуй и перешептывавшихся горожан.
— Не нравится мне это, — подал голос Сет. — О чем думает Цириада?
— Обо всем, — строго сказала Белая Мать.
Тихо щелкнул дверной замок.
— Люкс. — Михаил осмотрел предоставленную ему комнату и замер, впечатленный бассейном с кристально чистой водой. Рядом с выложенным мрамором бортиком бессистемно выстроились привлекательные на вид кушетки. Настройщик с блаженной улыбкой опрокинулся на одну, поерзал, наслаждаясь бархатной мягкостью. Чувствуя прилив дремотного бессилия, с сожалением встал и отошел к окну. Из распахнутых створок ударил ледяной ветер.
Михаил сглотнул. Перед ним красовались черные глыбы скал, оттененные зияющими пропастями. Сама бездна заглянула в комнату. Мрачный дух гор Сомы не терпел праздного любопытства.
— Выброситься решил? — В комнату проник Чет. — Эй, твой солий на меня смотрит.