Ледяная игла вонзилась в бок, затем в бедро. Выпустив пробный луч, солий недоуменно пискнул — враги не спешили умирать.
— Брысь! — Михаил увернулся от алчущих белых рук. Тело, пожираемое холодом, слушалось плохо. Разум отказывался воспринимать спектр демонов — противился, хрустел…
Вьюга ширилась.
Настройщик, выворачиваемый судорогой, распластался на земле. Собравшись, ухватил излучение врага и слегка видоизменил… Ослепительная вспышка превратила лес в черно-белое контрастное фото.
— Ласковый, перестань. — Михаила трясло. Левая половина тела воспринималась куском льда. — Я в норме.
Солий предупреждающе заверещал, вторя яростному рычанию, наполнившему ночь. Спину димпа располосовали когти. Он хотел встать и не смог — ночная тварь налегла немалым весом. Тьмой в сознание ударила бездна.
Глава 15
Сознание вернулось яркой вспышкой.
— Приди ко мне… — глядя на мертвую траву, прошептал Михаил. Земля обнимала его. Оторваться от нее — невозможно.
Ласковый попытался лизнуть друга.
— Мелочи, друже. Я в порядке, просто умираю.
Спасительной прохладой тела коснулся дождь — принес облегчение, притупил боль, внес ясность в мысли.
— Я жив, — с удивлением осознал Михаил. Под боком зашипел костер — тонкие струйки пара взвились к ночному небу. Сквозь них отчетливо просматривался мертвый демон, истекавший зеленоватой кровью, — великолепная, укомплектованная подобающим арсеналом машина для убийства. — Это я его так?
Неисповедимы пути Паллады… Михаил нахмурился — в принадлежности твари к местному бестиарию он искренне сомневался. Из равноценных вариантов мог случиться только худший — боги не дадут ему скучать.
— Кто там?! — Михаил заметил среди деревьев меркнущее радужное сияние. Ответа не последовало. Кто-то или что-то возжелали сохранить инкогнито.
С превеликим трудом Настройщик заполз под шатер переплетенных сучьев — на относительно сухой островок пожухлой травы. Просчитав запасы бэргов, залечил часть ран, часть — как мог, перевязал. И позволил себе расслабиться — в виду отсроченной смерти. Неизвестные Силы вновь нанесли удар — сыграли по-крупному, предпочтя не размениваться по пустякам. Изменили тактику? Сымпровизировали? Или же точно рассчитали?
— Я гадаю, Ласковый. — Михаил устроился поудобнее. — Бессмысленно гадаю…
Достав мятую сигарету, он отметил легкое дрожание рук и закурил. Необходимо успокоиться. Выстроить апокалиптическую картину будущего и, в дальнейшем, получать только приятные сюрпризы настоящего.
Первым сюрпризом явились ночные тени. Неясными громадами кружили они вокруг человека — сверкали глазами, клыками, чешуей, рогами, слизью и вели себя неподобающе. Их рык сотрясал темноту… Плевать — сил на рефлексии не осталось. Тени могли привести друзей и знакомых, устроить ритуальные пляски — все едино.
С приходом утра ночные охотники исчезли. Михаил смог подняться на ноги, развести костер и приготовить завтрак. Ему требовались силы — продолжить нескончаемый путь.
Деревья медленно кружились в замысловатом танце. Спотыкаясь, падая, цепляясь за корни, димп медленно брел вперед, направляемый потрепанным Ласковым.
— Хватит. — Михаил рухнул в траву. Прополз несколько метров, скатился с холма и замер. Конечная станция. Шаг в любую сторону — акт суицида.
Время превратилось в неопределенность.
Ласковое медовое сияние наполнило воздух — лизнуло деревья, медленно собралось в точку, выпустило сноп разноцветных лучей и обратилось в женскую фигуру.
— Здравствуй, глюк. — Михаил с трудом приподнял голову. Призрачный женский образ совершенен — идеально вылепленное тело мягко проступало сквозь нереальный щелк, снежный вихрь волос, легкая улыбка и темная синь глаз удерживали внимание многотонными якорями.
Фантом протянул руку. Почувствовав тепло, Михаил встал.
Они шли в неизвестность. Немного придя в себя, Настройщик засек направление — запад…
Трава исчезла. С некоторым удивлением Михаил разглядел под ногами песчаную дорожку. Метр шириной, она вела к серовато-черному кругу, выложенному каменными плитами. По периметру круга высились пять глыб-идолов.
Призрак исчез, так же безмолвно, как и появился.
— А дальше? — Взгляд Михаила упал на крохотный алтарь в центре круга. На камне заманчиво поблескивал темно-зеленый кристалл размером с голубиное яйцо.
Хмыкнув, Михаил подобрал находку, сжал в кулаке и покачнулся. Нежданный прилив сил позволял надеяться — вне логики и разумных объяснений.