— Иван Александрович хитер, как старая лиса, но деловой. Этого у него не отнимешь. — Федор хотел еще что-то сказать о Гвоздине, но, встретясь со взглядом жены, осекся. Зина всегда слушала мужа с большой участливостью, а сейчас у нее такое лицо, что сразу видно — Зина не только безразлична к его словам, они вызывают досаду. Поняв это, Федор помрачнел.
Мать Федора никогда не отличалась особенной словоохотливостью, а тут совсем примолкла, исподтишка с беспокойством наблюдая за сыном и снохой. Одна Иринка с прежней беспечностью скакала по комнатам, засыпала бесконечными и порой смешными расспросами мать, отца, бабушку. Но холодное отношение, слова «не приставай, доченька, займись чем-нибудь» убедили ее, что куклы интереснее взрослых людей. Куклами она и занялась в углу за цветочной кадкой. В доме помрачнело и стало тихо-тихо. Тишина таила в себе тревожное.
Федор все-таки не выдержал. Однажды, присев на край кровати, он, хмурясь, сказал:
— Слушай, долго ты будешь в молчанки играть? К чему это?
Зина продолжала лежать лицом к стене. Федор тронул ее за плечо.
— Я, кажется, с тобой разговариваю.
Зина повернула голову, потом неохотно поднялась, ладонями пригладила волосы.
— Ну что ты от меня хочешь?
— Как — что хочу? Хочу все выяснить. Нечего играть на нервах. Скажи ясно и конкретно: в чем дело?
— Не прикидывайся ребенком. Ни к чему это. Ты все понимаешь. — Зина решительно встала и, пройдя по комнате, села на диван. — Не могу я так больше. Стыдно! Из-за тебя на работу другой дорогой хожу — с Ковалевым встречаться стыдно. А Клава… Настроил девчонку, сам в кусты. Она теперь мучается.
— Ха, — презрительно выдохнул Федор. — Ты понимаешь, что говоришь? Ведь глупо, черт возьми, совершенно глупо. Из-за чего скандал заводишь? Вот скажи кому-нибудь — смеяться станут. Честное слово… Великое дело — на ферму раздумал пойти. Просто ищешь причины поссориться. Больше ничего… Выходит, человек не может изменить решения? Чепуха на постном масле. Хотел пойти на ферму, а потом не пошел. И чего тут особенного? Какая-то барская щепетильность. Только… И не смотри на меня такими глазами! — вспылил вдруг Федор. — Я не убил и не украл. Говоришь, а поступка моего понять не постаралась. Ведь о вас беспокоюсь. Будь я один, не задумывался бы…
Зина несколько раз порывалась возразить, но Федор не давал ей выговорить слова. Зина понимала, что Федор оправдывается. Конечно, в жизни всякое бывает. Случается, человек передумает, изменит решение. Но у Федора всегда так: говорит одно, а делает другое. Пообещает — не выполнит. Человек должен быть хозяином своему слову. А так что он за человек…
Зина вспомнила, как уходила от Федора. Это произошло из-за счетовода райфо Инессы. Парнем Федор ухаживал за ней, а когда Инесса уехала, он скоропалительно влюбился в Зину. Клятвенно уверял, что навек. Они поженились, родилась Иринка. Жили, кажется, неплохо, да вдруг в селе опять появилась Инесса, и Зина с горечью заметила, что Федор стал иначе относиться к ней.
Однажды, придя откуда-то под хмельком, заявил, что допустил в своей жизни большую ошибку. «Ошибку можно исправить», — сказала тогда Зина и в тот же вечер ушла с дочкой к знакомым. А наутро пришел Федор и клялся, что никогда не любил Инессу, а любит только ее, Зину. Пьяный мало ли что может сболтнуть.
— Что же молчишь? — спросил Федор, останавливаясь против жены. — Как в рот воды набрала.
— А что я скажу?
— Не крути, Федор, не крути. Не годится так, — вмешалась мать, неожиданно появившись в дверях горницы.
Федор исподлобья окинул старуху сердитым взглядом:
— Ты, мама, лучше бы не ввязывалась. Сами как-нибудь разберемся.
— Нет, не буду молчать! Ты вылитый отец, по его дорожке идешь. Сколько мне довелось за него поморгать! Все люди как люди, а он, как дым: в какую сторону ветер потянул — туда и стелется.
— Ну, хватит! — крикнул Федор, взмахивая руками. — Я не мальчишка… Взялись морали читать! Из-за чего шум устроили? Пустое дело. По-вашему, хоть ноги вытягивай, а иди на ферму. Радетели… Вот принесу завтра справку от врача…
Федор сел у стола, опустил голову.
— Сын ты мне, потому и обидно. Живешь по-заячьи. Скачешь во все стороны, ровно от кого прячешься.