Интересно, как долго в этой деревне не было рейзеров? А если были, то сколько из них посылали такой "договор" подальше? И как быстро все эти люди убьют дурака-управляющего, когда поймут, что были всего в одном шаге от избавления? Судя по лицам, Тварь орудует тут уже не один месяц, что бы там ни говорил этот урод. Да и народу что-то маловато в деревне. Ни одного старика не видно. Ни одного ребенка. Ни симпатичной молодки, кроме той, самой первой, которая так и сидела мышью в доме старосты. Только мужики - суровые, угрюмые и уже начавшие сжимать заскорузлые от тяжелой работы ладони в кулаки, да рано постаревшие бабы, в глазах которых страх мешался с полубезумной надеждой.
- Нет! Стойте! - в последний момент раздалось сзади жалобное. - Господин, не уходите! Господин... господин, я сейчас все переделаю! Только не уходите!!
Я медленно обернулась.
- Я все сделаю! - обреченно посмотрел на меня скряга. - Все... что хотите... только примите заказ.
Я сузила глаза.
- Пиши. Немедленно. Как закончишь, принесешь. Проверю. Все понял?
С такими мерзавцами только так и надо - коротко, сухо, жестко, чтобы даже мысли больше не держали о том, что могут безнаказанно наживаться за чужой счет. Если не обломать рога сразу, на шею влезут. А этот, видимо, уже давно по морде не получал, раз так обнаглел. Видно, городов поблизости нет, на отшибе живут, а плохой староста всяко лучше, чем никакой. Вот люди и терпят. Но, судя по их лицам, даже этому безграничному терпению пришел конец, потому что сейчас, как мне кажется, дело вполне могло дойти до рукоприкладства.
Проводив глазами испарившегося старосту, я вернулась к своему демону и ободряюще сжала повод.
"Вот видишь, Лин? Стоило на него нажать, как все уладилось".
"Думаешь, больше не обманет?" - с сомнением покосился шейри.
"Пусть только попробует. Я в свое время на юридическом заочно пыталась учиться. Знаю, где подвох искать, и знаю, как составляются нормальные контракты. Так что перед тем, как соглашаться, каждую буковку проверю. Особенно те, что пишутся мелким шрифтом. И если он хоть одну посмеет нарисовать криво..."
Демон, покосившись на меня черным глазом, неожиданно усмехнулся.
"А ты ничего, хозяйка. Понимаешь, куда смотреть".
"А то. Мы тоже не лаптем щи хлебаем, - в тон ему отозвалась я, и теперь мы усмехнулись уже вдвоем. - Кстати, Ас, как считаешь, там действительно орудует тикса?"
"Сомневаюсь, - тут же отозвалась Тень. - Тикс я встречал - трусливые Твари. Поодиночке на людей практически не нападают. Да и трупы не обгладывают до конца. А если уж и оставляют одни кости, то лишь тогда, когда больше есть нечего".
"Вот и я так думаю. Темнит что-то староста".
"Ты бы с людьми пока поговорила, - подал мудрый совет Гор. - Если староста чего и не знал, то, может, лишь по причине того, что знать просто не хотел?"
"Логично. Сейчас сделаем", - я мысленно кивнула, благодаря брата за подсказку, и, обернувшись, поманила пальцем ближайшего мужика.
- Д-день добрый, господин, - в пояс поклонился заросший до бровей крестьянин, комкая сильными руками поспешно снятую шапку. Подошел сразу, едва понял, что зовут его. Но как-то робко, бочком, словно боялся, как бы не укусили, что при его грузной фигуре и широких плечах смотрелось довольно комично. Взгляд тут же уронил в землю. Руки спрятал за спину. Да еще лицо сделал как у нашкодившего мальчишки, застигнутого строгим батюшкой в чужом огороде. А уж шапку содрал так поспешно, что мне даже стало неудобно.
- Чего желаете, господин? - сопроводил он новый вопрос еще одним низким поклоном.
Я здорово озадачилась (с чего бы вдруг такой почет?), но потом поняла, что они сейчас на любого человека при мече, в доспехе и при таком коне, как Лин, будут смотреть, как на ангела-избавителя. Прижало их, видно, не по-детски. И явно не месяц назад, как заливал тут староста. А воины - профессия почетная, благородная, тогда как от благородных до простых крестьян пропасть лежит немаленькая. Вот и кланяются, чтобы уважение выказать. Вот и приучены спину гнуть - что бабы перед мужиками, что простые мужики перед благородными. А тут я - вся такая загадочная. Выше него сантиметров на десять (спасибо каблукам и высокому шлему), плечи за счет доспеха кажутся больше раза в полтора, чем на самом деле (еще бы - под ним столько надето!), конь богатый, боевой. Рукоять меча из седельной сумки торчит, как положено. Шлем старый, но блестит ("ура" речному песку и моим сбитым в кровь костяшкам), закрывает лицо больше чем наполовину, оставляя открытой только переносицу, глаза, брови и часть подбородка.
Но от такого раболепства мне стало неприятно.
- Скажи-ка, мил человек, а как давно у вас тут Тварь завелась? - мужик испуганно вздрогнул и метнул косой взгляд на дом старосты. - Да ты не бойся, говори как есть. Мне знать надо, чтобы понять, на кого идти придется.
Мужик отвел глаза.
- Дык Договор-то не заключен, господин.
- Забудь о Договоре. Если б мне было наплевать, нас бы тут уже не было, - усмехнулась я, мысленно радуясь, что он не видит моего лица. Вот бы тогда "обрадовался" такому избавителю. - Говори уж, чего стесняться. Или думаешь, лучше будет, если у меня ничего не выйдет? Так сколько?
- С три месяца почти.
Я тихо ругнулась про себя.
- А народу сколько у вас пропало?
Мужик помрачнел.
- Много, господин. Полдеревни, считай, незнамо где сгинуло. Сперва старики, что по ягоды ходили. Потом ребенок пропал. Еще пара девок, решивших грибов по вечерам набирать, потом парни, отправленные, чтобы их найти... человек десять-то точно Тварь сожрала. Но нашли мы лишь троих. И то, с трудом - на кладбище оказались прикопаны, с самого краю, будто Тварь не хотела, чтобы мы о ней знали. И будто бы не хотела, чтобы мы за помощью слали, пока не стали уверены, что тут не зверь, а нечисть расплодилась.
Я ругнулась погромче и покрепче: все мои надежды на тиксу благополучно стухли. Столько народу угробить она точно не могла. Даже если бы очень захотела. Но тикса - Тварюшка некрупная. Сравнительно. И, хоть бывает прожорливой, но предпочитает гнилое мясо, с погоста, такое, чтоб слизывать было просто, потому что ленивая она, скотина. Ленивая и пуганая. А эта, судя по всему, шустрая и наглая. Да и не смогла бы обычная тикса добраться до молодых парней или быстро бегающих девок.
Я мрачно посмотрела на мужика.
- Почему за помощью не послали?
Он окончательно скис и снова покосился на дом.
- Стеван не велел. Говорил, что пока точно неизвестно, надо не рейзеров, а простых охотников искать.
- А вы искали?
- "Заманки" на Тракте давно уж развешаны, - хмуро признался мужик. Наверное, имея в виду объявления на дорожных столбах. - С месяца два, не меньше. Как детей не стали из дому выпускать, так и повесили. Да только толку с того? У нас не Большой Тракт, не столица - рейзеры на каждом шагу не встречаются. А охотники заезжали. Дважды. И больше мы их не видели - как отправились к кладбищу, так и сгинули. Только кони от них и вернулись.
Я недобро прищурилась.
- А коней-то куда дели?
- Стеван забрал.
- А вещи охотников?
Мужик уронил взгляд в землю и промолчал.
- Я-а-асно, - протянула я, больше не нуждаясь в пояснениях. - Я гляжу, тварь у вас - староста-то. Неужто никого другого в деревне нет, чтобы этого крыса заменить?
- Нет, господин, - сжал челюсти крестьянин. - Кузнец раньше был. Хороший. Мировой человек. Справедливый и честный. Да не ужился со Стеваном - пришлый был, чужак, которого старостой ставить лишь после десятка лет обжитья токмо можно. Но когда Тварь объявилась, кузнец самым первым и сгинул. Следом за невестой своей, Амилкой. А теперь, кроме Стевана, грамоты никто не знает. Да и управляющий в Бероле лишь на него Договора выписал.
В этот момент в доме скрипнула дверь.
- Простите, господин, - тут же поклонился мужик, поспешно отступив на шаг. - Пойду я. Извиняйте, коли что не так сказал.
- Да так ты сказал, - невесело вздохнула я. - К несчастью, все так. Скажи еще: как мне до кладбища добраться?