Когда товарищи в госпитале спрашивали Лену, кто ее родители, она отвечала:
— Родители у меня знатные. Отец — Кировский завод. Мать — комсомольская организации.
Ей не хотелось ворошить давние обиды. Родной матери она не помнила. А мачеху — злую, жадную и бессердечную женщину (о таких только в сказках пишут) и слабовольного отца не стоило и вспоминать. По настоянию мачехи Лену отдали в няньки. В легких тапочках, с крохотным узелком в руках вышла однажды утром девятилетняя девчонка из родительского дома, и следы ее тапочек четко отпечатались на снегу вдоль всей деревни. Поземка замела их в тот же день. А в сердце они остались на всю жизнь.
…Огромный коллектив завода пригрел, приютил подростка, дал ему кров, специальность, позаботился о том, чтобы девочка окончила десятилетку. Комсомольская организация управления капитального строительства завода, где Лена работала чертежницей, воспитала ее смелой и сильной, беззаветно любящей сбою Советскую Родину.
Поэтому ничего нет удивительного в том, что извещение о смерти Лены (в воинской части ее считали погибшей) пришло не в семью девушки, а на завод, Здесь многие знали и любили как дочь, как сестру темноглазую чертежницу; ее письма с фронта печатались в заводской многотиражке, о подвигах храброй сандружинницы и разведчицы сообщали ее фронтовые товарищи. И вот Лена Иванова погибла. По крайней мере так считали на Кировском заводе в Ленинграде.
А она, едва оправившись от контузии, была снова в строю.
Еще в госпитале на Алтае Лена узнала, что Кировский завод был эвакуирован на Урал, в Челябинск. Комсомольцы Челябинского тракторного, среди которых было немало ленинградцев, разыскали Лену на Алтае.
— Приезжайте к нам, — писали они, — в нашу комсомольскую семью.
Прямо из госпиталя Иванова едет на Южный Урал. Лечение оказалось эффективным, и сильный, закаленный спортом организм победил. Слух и речь были восстановлены. Лишь головные боли изредка напоминали о тяжелой контузии. В Челябинске Лену посылают работать на боевой участок секретарем комсомольской организации одного из механических цехов тракторного завода. И здесь она становится подлинным вожаком молодежи, составлявшей большинство рабочих цеха. Она организует фронтовые бригады, гвардейские вахты, боевое соревнование под лозунгом «Все для фронта, все для победы». Порой юноши и девушки сутками не выходили из цеха, обеспечивая выполнение заказов фронта. И с ними рядом неизменно была Лена Иванова, секретарь комсомольской организации, строгий и надежный друг и товарищ. Ох и доставалось же от нее нытикам и растяпам!
— Комсомолец должен быть примером мужества и дисциплины, — говорила она. — Нам трудно здесь, а на фронте людям еще труднее…
И рассказывала о том, как стояли насмерть бойцы Кировской дивизии, защищая подступы к городу Ленина, о 17-летнем комсомольце Иване Андрееве, который по-своему повторил подвиг Александра Матросова: обвязав вокруг себя пять гранат, он бросился к деревянной вышке с вражеским пулеметом и-зажег ее.
— Ценою жизни Иван Андреев спас многих своих товарищей, — говорила Лена. — Вот как поступают комсомольцы на фронте. А у нас, — продолжала она, — некоторые товарищи считают, что если они две нормы выполняют, так уж и герои. И даже членские комсомольские взносы им не обязательно платить.
Лена не называла фамилий. Но отчего это вдруг заревом вспыхнули щеки у токаря Миши Шелехова? Почему он смущенно отвернулся?
Девчатам досадно за Мишу. Весь вечер парень не сводил влюбленных глаз с Лены. А она как будто и не замечает. И вот насчет взносов. Не в его ли огород этот камешек?
Будь проклята война и те, кто ее затевал или затевает!
Яростно, всей силой ума, всей кровью сердца ненавидят войну советские люди.
Если бы не война, навязанная нам гитлеровцами, мы, возможно, уже жили бы при коммунизме. Время, силы, труд народа-исполина, потраченные на то, чтобы очистить свою землю, избавить мир от фашистской погани, и на то, чтобы восстановить все неисчислимые разрушения, причиненные войной, могли быть и наверняка были бы обращены на создание материальной базы коммунизма, на улучшение жизни людей, на то, чтобы построить больше домов и школ, раскрыть новые секреты плодородия почвы и тайны атома…
Идет второе мирное десятилетие.
Счастье и изобилие все прочнее входят в нашу жизнь. Но последствия войны нет-нет да и напомнят о себе. То жилищной нуждой, то сединой в волосах матери, потерявшей сына на фронте, то подземным складом мин, оставленных гитлеровцами на нашей земле, то вдруг открывшейся старой раной на теле ветерана боев с фашистами.