— Ты этого не сделала, — тяжело дыша, сказала она.
Я не сводила с нее глаз, пока медленно тащила к себе по столешнице стакан со льдом. Мое лицо стало красным-прекрасным, когда я вспомнила (в тысячный раз) о том дерьме, которое настрочила в последнем сообщение Аарону. Его уже не стереть.
ХоХо
X-долбанное-oxo.
Ррр. Ррр, ррр, ррр.
Это останется со мной на всю оставшуюся жизнь. На все время существования Вселенной. На веки вечны.
Тали выпучила глаза. Ее лицо раскраснелось настолько, что стало почти пунцовым. Она прижала руки к груди и распласталась по спинке сидения. Словно она прокрутила деяние моих рук у себя в голове и хотела исчезнуть с лица земли. Я знала это выражение лица. Я попыталась сделать то же самое, после того, как нажала на Enter. Мне хотелось, чтобы меня засосала черная дыра, заставив исчезнуть.
— Руби, — неистово выдохнула она мое имя.
К сожалению, я не в кино «Назад в будущее». И черная дыра не нарисуется, сколько не проси. Можно закрыть ноут, как будто это волшебным образом заставит исчезнуть эти буквы.
Но я знаю правду.
И Аарон знает правду.
Я отправила ему чмоки и обнимашки.
Отключение ноут ни черта не решит.
Когда я открыла ноут те буквы все еще висели на экране, дразнили меня.
— Зачем тебе понадобилось это делать? — разразилась Тали тирадой. Она до сих пор прижимала ладони к щекам. Ее темно-синие глаза (единственное, что было у нас схожим) были стеклянными, словно ее мозг страдал кислородным голоданием, после пережитого шока, при том, что она не переставала ржать.
Она хотела заставить меня переживать еще больше. И чему я удивляюсь?
— Я не специально. Мы общались, шутили, а потом он напечатал «пока», и я глазам моргнуть не успела, как напечатала и отправила это. — Мне хотелось поднять руки, чтобы мы обе могли видеть их, встряхнуть их и пристыдить за содеянное. Паршивцев и предателей. За то, что пошли против меня.
После всего, через что мы прошли…
Сестра запрокинула голову и громко рассмеялась. Теперь уже от смеха тряслось все ее тело. Даже, когда она смеялась как не в себе, она была самым красивым человеком, что мне доводилось видеть. Мне не хватало ее пальцев, вытиравших слезы, которые, я уверена, уже выступили у нее на глазах. Я знала, что ее реакция будет именно такой. Я это знала, я этого ожидала. Вот почему мне потребовалось несколько дней, чтобы собраться с мыслями. Потому что, если бы все было наоборот, и она была бы идиоткой, которая написала бы «xoxo», то и я бы в этом смысле не далеко ушла от нее.