Он мог быть моделью подиума, с такими скулами, которыми можно было резать стекло, если захотеть; челюстью, которая была настолько резко очерченной, что любой скульптор, увидев ее — впал бы в экстаз; и ртом, который породил в голове ни одной женщины пару, а то и тройку похабных мыслишек. Так вот, этот мужчина сидел напротив меня за столом и улыбался. Мне. И он больше ни на кого не смотрел.
Но самым важным было то, что часть никуда-не-смотрю-только-на-тебя, включала и несмотрение на официантку, которая из кожи вон лезла, чтобы обратить на себя внимание. Надувала губки и всякий раз, когда подходила к нашему столику, старалась перехватить его взгляд. Первая попытка: приняла заказ и спустя несколько минут принесла напитки. Мимо кассы. Следующая попытка, не увенчавшаяся успехом, была предпринята, когда она принесла заказ. Что тут скажешь, туго обтянутой униформой груди не хватило, чтобы он обратил на нее внимание. Как по мне, так она была из тех девушек, на которых я бы и сама не взглянула второй раз. А Аарон? Ну что Аарон, он то и дело украдкой бросал на меня взгляды и улыбался, пока мы ехали в машине, и не перестал это делать, когда мы уселись в кафе, которое он выбрал.
Я бы слукавила, если бы попыталась отрицать, что и сама то и дело украдкой поглядывала влево, когда мы отъехали от аэропорта. Мы всю дорогу почти все время молчали. Если я не была занята разглядыванием Аарона, то сосредотачивалась на пейзажах за окном, напитываясь красотами, которые так разительно отличались от того, к чему я привыкла в Хьюстоне.
Самое главное, что мы сидели лицом друг к другу, я осторожно улыбалась ему, а он улыбался мне той улыбкой, которая, казалось, имела секреты, зашитые где-то под его практически безупречной кожей. Если у него и были поры и пигментные пятна, то я не обнаружила даже крошечного угорька, а я очень придирчиво искала.
К счастью, Аарон оказался не таким тихоней, как я, и положил конец затянувшемуся молчанию. Он поставил локти на стол и опустил подбородок на руки. Глядя на него, нельзя было сказать, что он был в дороге несколько часов, чтобы добраться до пляжного домика, а после еще и меня поехал встречать.
— Ты выглядишь очень уставшей, — вот с чего решил он начать разговор.
Я моргнула и прикусила нижнюю губу, стараясь не воспринимать это как оскорбление.
— Неужели?
Уголки его рта слегка приподнялись, озарив лицо улыбкой, которую он безуспешно попытался скрыть.
— Ты знаешь, что я имею в виду.
Э.