— Руби, я чертовски рад тебя видеть. — Его голос был тихим, но твердым, и все же говорил он осторожно. — Я смотрю на тебя и не могу перестать улыбаться. Вот и все. Ты восхитительна.
Я и представить себе не могла бы, что бы Жасмин или Тали покраснели, скажи им, что они восхитительны, но я-то не они. Поэтому покраснела во весь рост. Изобразив всю палитру красного: розовый, алый, гранатовый. Я внезапно превратилась в обжигающую лаву.
А потом мое достоинство дало деру, и я рубанула:
— Я час угрохала на то, чтобы решить что надеть. Я чуть было не прихватила костюм Призрачного Всадника, но решила, что для него слишком жарко.
Аарон опять покачал головой, карие глаза буравили меня, руки сложены.
— Ты мне нравишься такой, какая есть, Сталкерша.
Когда оглядываешься назад, странно вспоминать те мгновения, которые, как выясняется позже, важны. Предложения, прикосновения, действия, которые кажутся такими невинными и обыденными в данную секунду, потому принимаешь их как должное. Слова, которые превращают воду в вино в течение нашей жизни. Но я никогда не забуду, как его слова заставили меня чувствовать себя. Как он заставил меня чувствовать себя потом.
Тогда я не имела ни малейшего представления об этом.
— Я так счастлив, что ты приехала, ты же это знаешь, да? — спросил он.
Я снова кивнула, торопливо. Эмоции, слова, жесты и Аарон… Всего этого было так много, что я просто-напросто забывала нужные слова, и мне приходилось усилием воли собираться и выдавать хоть что-то осмысленное.
— Знаю. Я тоже очень рада, что прилетела, — произнесла я почти шепотом, и определенно в очередной раз краснея. — Спасибо, что пригласил, заплатил за билет и приехал за мной. Как только у меня появится постоянная работа…
Что-то пнуло меня. Не сложно было догадаться, что это Аарон.
— Я не парюсь из-за денег, Рубс. Ты мне ничего не должна. Я хотел, чтобы ты прилетела, помнишь? — напомнил он теплым голосом, когда официантка принесла две тарелки с едой и пододвинула их каждому из нас, и задержалась на секунду дольше, чем следовало бы, прежде чем отойти, потому что увидела кое-что. А увидела она, как мы пристально смотрели друг на друга.
За едой мы почти не разговаривали: оба очень проголодались и устали. Мы довольно быстро расправились с нашими блюдами: Аарон съел все подчистую, а у меня на тарелке осталась разве что пережаренная единственная соломка картофелины. Когда официантка принесла чек, мы переглянулись. Я достала из кармана деньги, Аарон кошелек. Мы молча выложили ровно столько денег, сколько стоил заказ каждого.