— Но это же твои друзья, — объяснила я, надеясь, что он поймет, что я имею в виду.
Просто все дело в том, что он был особенным для меня. Куда особенее, чем должен был. Вот она моя новейшая правда.
И Аарон, должно быть, понял, что я пыталась ему сказать, потому что он улыбался так нежно, так чертовски мило, как будто ты смотришь на милого щенка. А я, ну, а что я? Я была будто орехом, расколотым пополам.
— Ты мой друг. Я хочу, чтобы и они тебе понравились. Я велел им не устраивать беспорядка, до нашего возвращения.
Он…
— Не волнуйся, ладно? — произнес он нежным спокойным голосом, который мог бы стать в последующим заклинателем для Руби. Когда я не ответила, он потянулся и коснулся моей руки тыльной стороной ладони. — Все в порядке?
— В порядке, — ответила я, хотя живот у меня все еще сводило от нервов и не только из-за его друзей.
К счастью, он больше ничего не сказал. Мы проехали еще минут шесть, а потом он свернул налево, в район массивных, красочных пляжных домов, выстроившихся в несколько рядов. Мы проехали мимо голубых, синих, зеленых и белых домиков к ярко-фиолетовому на сваях. С одной стороны виднелся небольшой, огороженный бассейн, а с другой стоял припаркованный серебристый Алеро. Аарон вновь одарил меня успокаивающей улыбкой, потом открыл дверцу машины и вышел. Меня же слегка затошнило, когда я вышла вслед за ним. Аарон уже открывал багажник, пока я вытаскивала сумку с переднего сидения. Я перекинула ее через плечо, бросила взгляд на близстоящие дома и прислушалась к волнам, которые плескались где-то рядом.
— Пойдем, — сказал он, отрывая меня от созерцания, окружающего меня великолепия, протянув мне руку.
Ни одна из моих сестер не приняла бы ее. Уж я-то знаю.
Но они — это они, а я — это я. И я не стала ждать, пока он сообразит, что мне нужно поразмыслить над этим, прежде чем сделать два шага, чтобы добраться до него, а потом опустила свою ладонь на его, будто мы делали так уже сотни тысяч раз. Его пальцы были холодными и шершавыми, а ладонь широкой, и где-то на задворках сознания у меня мелькнула мысль, что эти руки могли сделать как нечто фиговое, так и нежное, что Аарон жил уже довольно давно в опасных для жизни местах и, возможно, делал то, о чем он никогда не хотел говорить.
Но я все равно сжала эту ладонь, надеясь, что мои пальцы окажутся не настолько жаркими и липкими, как у любой другой девушки, оказавшейся в подобной ситуации.