Что это со мной? Несварение или же…
Нет. Никакое это не несварение, судя по тупой боли, появившейся в груди. Это ревность! Я ревновала как последняя чокнутая дура.
У меня не было никаких прав на ревность. Вообще. Ноль. От слова абсолютный. Она была хорошенькая и общительная. Она могла делать все, что хотела.
Хорош уже таращиться овцой, Руби. Будь это кто-то другой, ты бы не пялилась. Вот она правда, как она есть.
Я посмотрела на Бриттани, надеясь, что она не заметила, как жарко у меня в груди.
— Откуда твоя семья? — спросила я, пытаясь ее отвлечь.
Она пожала плечами.
— Отец из Эфиопии. Мама креолка. Они всегда жили в Луизиане, — объяснила она.
— Это Дес переехал в Шривпорт перед начальной школой или Макс? — спросила я, и в то же время до моих ушей донесся милый смех со стороны бара. Я старалась изо всех сил не смотреть на бар.
И потерпела неудачу.
Я украдкой взглянула на него.
Аарон все еще смеялся над чем-то, что говорила официантка. На этом красивом лице было приятное, непринужденное выражение. Язык его тела был незамысловатым… И он не смотрел на нее так, как смотрел на меня. Нежно. Или как щенок. Он просто… смотрел.
Уж не знаю от чего, но меня затошнило. На самом деле, я должна была быть счастлива, что он ни на кого не смотрел так, как на меня. И не то чтобы он демонстрировал будто она была ему интересна. Я довольно часто видела это выражение лица, чтобы понять что и как.
Он просто смотрел на нее. И все же мне казалось, что мой живот пропорол нож. Потому что я знала, что это означало, о чем мне это напомнило.
Однажды, независимо от того, что он говорил об отношениях и браке, у него будет другая девушка. Это может быть через месяц, может быть через год, но это произойдет.
И я ничего не могла с этим поделать.
Он мне не парень, не возлюбленный, и я должна быть благодарна, что у меня есть хотя бы это, сказала я себе, сжимая руки в кулаки под столом. Он был моим другом, который заботился обо мне. Он был человеком, который не хочет жениться. Он был человеком, который только хотел поделиться со мной частью себя. Я не имела права не то что ревновать, а даже глазеть вот так.
И все же…
— Я Деса будто всю жизнь знаю. Макс переехал в Шривпорт, когда они учились в средней школе, — объяснила Бриттани, ее слова помогли мне сосредоточиться на ней, а не на ком-то или чем-то еще.
Я кивнула, сглотнув комок, поселившегося в горле. Прочь, прочь эта агония.