Та часть меня, которая не хотела слышать эту чушь о том, что никаких отношений между Аароном и мной никогда не будет, захотела взять тайм-аут и разозлиться на полную катушку.
Он мог флиртовать или не флиртовать с другой женщиной.
Ему не нужны были отношения.
Я была его другом Руби.
Вот основные факты, что я знала.
Кроме этого были еще вещи из его прошлого, которые он не хотел мне рассказывать, а что-то не хотел в принципе рассказывать. И если сложить все это… Что я могла бы сделать с этим или буду с этим делать мне еще предстоит понять. Я не была напористой, и последнее, что мне хотелось вынуждать его говорить то, что он не хотел, по какой бы то ни было причине. И при этом он не давал мне повода не доверять ему. И это тоже факт.
Но… мне по-настоящему очень хотелось, чтобы он доверял мне. И если я собираюсь быть до конца честной с собой — это ранило мои чувства, что он не доверял мне и не собирался что-то менять. И я могла жить с этим или не могла, выбор за мной.
Да что тут такого.
Ничего особенного.
Может быть мне лучше бы думать о свиданиях с другими мужчинами и отношениях. Все это дерьмо ну чисто бином Ньютона. Не для этого я создана. При той скорости, с которой у меня все происходит, оно закончится тем, что я буду в итоге молча страдать, уткнувшись в пинту мороженого.
Со вздохом и с остатками бутылки воды в руке, я направилась на балкон. Там я села, прижала ноги к груди и обняла колени.
До моего возвращения в Хьюстон оставалось всего четыре полных дня, и от этой мысли в животе образовался комок… но я изо всех сил старалась не обращать на него внимания, просто очистить голову и наслаждаться моментом. Мне не нужно было бояться того, что грядет или не грядет. Это вопрос будущего, а не настоящего. Так всегда, что-то получается, что-то нет. Я съезжу к отцу в Сан-Франциско, а потом вернусь и попытаюсь расширить свой бизнес. Как-нибудь. А если не выйдет… ну что ж… Мда, не уверена, что это план Б, но поживем-увидим.