Если бы Малаховский поднял корзину с картофельной шелухой, наверняка обнаружил бы в ней второе дно и, кто знает, может быть, нашел бы там спрятанную «маленькую типографию».
— Комната у вас хорошая, — с ехидцей восторгался Малаховский. — Но вдвоем с малышом скучновато жить? — подошел к Роману: — Не боишься, когда мама уходит? Или дядя знакомый тебя веселит? А? Ну, почему молчишь? Как тебя зовут?
— Я сам играюсь, — сердито ответил Рома.
— Пойду. До свиданьица! Надеюсь, еще увидимся.
Из окна Нина следила за удалявшимся Малаховским.
Он засеменил по переулку и повернул за угол. Нина крепко расцеловала сына. «Посиди, я сейчас приду».
Карст пришла к Колпаку и спросила, где я.
— Еще не приходил.
— Предупредите, пожалуйста, Струтинского, что за моей квартирой следят, у меня ночевать опасно.
— Хорошо, передам.
— Забыла еще сказать, Савельева передавала, что завтра в шесть вечера возле моста Бема она познакомит Струтинского с одним человеком. — Помолчав немного, сказала: — Пойду, сынок дома один остался.
Карст поспешила домой. И вдруг у самого порога она увидела Ядзю Урбанович. Испуганно:
— Ты ко мне?
— Да, хочу у тебя переночевать. Комендантский час начался, к своей квартире не успею добраться, не возражаешь?
— Конечно, нет. Заходи. Как говорится, в гости ходишь, надо и к себе водить. Но у меня небезопасно. Сегодня здесь был тип один… Наверное, началась слежка.
— А может, не следует оставаться?
— Да куда теперь денешься. Все же женщина ты, подозрений будет меньше, мол, подруга меня навестила и задержалась.
— Остаюсь, документы есть, исправные они.
После ужина и недолгих разговоров женщины легли спать. Раздался резкий стук в дверь.
— Проверка. Открывай!
— Что делать? Согласно «новому порядку» на дверях висела справка, выданная полицейским управлением. В ней перечислялись жильцы, указывались фамилия, имя, отчество, год рождения. Все не указанные в поименованной справке безапелляционно забирались в полицейский участок. Такая перспектива мало радовала. Нина громко ответила: «Сейчас открою, оденусь». А сама принялась вываливать из гардероба белье, вещи. Ядзя легла на дно, Нина завалила ее сверху различными вещами. Выкрутила, на всякий случай, из патрона электрическую лампочку и открыла дверь. Немецкий жандарм и два полицейских выразили недовольство задержкой.
— Зажги свет! — скомандовал жандарм.
— Света нет, обещали завтра исправить, — спокойно ответила Нина.
Полицейский несколько раз повернул выключатель. Не горит.
— Кто здесь проживает?
— Я, Карст Нина Степановна, со мной шестилетний сын Рома.
— А еще?
— Больше никого.
Полицейские зажгли карманные фонарики. Золотистый сноп запрыгал по комнате. По всему было видно, Карст не вызывала у них интереса. Нина успокоилась. Но, когда полицейский небрежно приоткрыл дверцу гардероба и заглянул во внутрь, она замерла. «Сейчас начнется, какой ужас!» Однако испуг был преждевременным. Полицейские и жандармы устали, им предстояло побывать еще в домах целого квартала и не захотели рыться в старых вещах. «Малаховский не успел донести», — уверилась Карст.
Строго предупредив о суровом наказании за предоставление убежища посторонним, ночные гости удалились. Ядзя долго томилась в гардеробе. Нина не доверяла полицейским. Ждала их возвращения. Лишь под утро женщины уснули тревожным сном.
Мне передал Колпак то, о чем просила Нина Карст. Сказал он и о предстоящем знакомстве с человеком, который будет для нас полезным. Вначале я удивился такому свиданию, а потом подумал: раз рекомендует познакомиться Савельева, значит, так и поступлю. И вот к исходу следующего дня я направился к условленному месту — мосту Бема. Было без пяти минут шесть. Я осмотрелся вокруг — никого. Странно! Но ровно в шесть часов показалась Паша с парнем. Они подошли.
— Знакомьтесь, это мой друг, — представила Паша незнакомого. Он был невысокого роста, светлый, вьющийся чуб выбивался из-под фуражки. Голос у него мягкий, говорит неторопливо.
— Ящук Дмитрий, — протянул он руку.
Несколько минут беседовали о разном, а потом Паша напомнила.
— Так вот, Николай Владимирович, Дмитрий обещает достать несколько бланков удостоверений. Он это сделает завтра, но просит, чтобы их сразу вывезли из Луцка.