- Рад тебя видеть, - наконец сказал он, видимо, перестав мысленно меня оценивать.
- Не могу сказать того же, - ответил я, - Чего ты хочешь?
Взгляд отца не изменился, ни одна мышца на его лице не шевельнулась.
- Тебе придется вернуться домой, Кейден, - слышать свое имя от него было невыносимо, - Хочешь ты этого или нет, меня не волнуют. Бизнес и дела семьи стоят на первом месте.
От его слов с моих губ слетел смешок. Отец, не обратив на это внимания, снял с себя ружье, и положил его на стол в беседке, параллельно усаживаясь на скамейку. Мать и Нора до сих пор стояли рядом и, как и обычно, не могли произнести ни слова.
- Я не стану этого делать, - мой голос остается непоколебимым.
- Меня не интересуют твои прихоти. У тебя есть долг. Ты знал о нем с рождения.
- Я. Не. Стану. Возвращаться. Домой, - медленно, но твердо говорю я, пока внутри меня начинается разгораться пожар.
- Кейден, - мама кладет руку на мое плечо, и я рефлекторно ее смахиваю, из-за чего она испуганно вздыхает.
- Не трогай меня, - говорю ей я, отчего на глазах матери наворачиваются слезы.
- Не смей так разговаривать с матерью, - отец не выдерживает и бьет кулаком по столу, - Ты еще ничего не сделал в этой жизни, щенок, чтобы позволять себе делать то, что тебе вздумается. Ты часть этой семьи, часть ее наследия. Я не позволю тебе разрушить все, что наши предки строили столько поколений.
Я, взбешенный, стремительно надвигаюсь к отцу и ставлю руку на стол, нависая над ним. Наши выражения лица, вероятно, не отличаются – оба мы источаем злобу и ненависть.
- Не связывай меня с тем дерьмом, что так долго «строили наши предки», - цежу сквозь зубы, - Что мне еще нужно сделать, чтобы ты понял, что я давно не часть этой семьи, не часть этого бизнеса и не часто того ада, который ты называешь империей?
Отец резко встает и бьет кулаком в мой нос. Я отшатываюсь, но не подношу руку к месту удара, чтобы не показывать ему ни боли, ни еще каких-либо эмоций. Я чувствую, как на губы стекает теплая струйка, и вкус железа. Он хватает меня за ворот кофты и грубо приподнимает, глядя мне в глаза.
- Если ты еще раз позволишь себе разговаривать со мной в таком тоне, клянусь, Кейден, я не посмотрю на то, что ты мой сын, - он отпускает меня и толкает назад.
Внутри меня все пылает и взрывается. Я ненавижу все вокруг. Я ненавижу находиться здесь. Я ненавижу каждую секунду. Ненавижу свое существования. Я хочу уехать навсегда. Хочу исчезнуть, стереть упоминания обо мне везде. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу тебя, Дариус Грауфорд.
- Как я вижу, вечеринка в самом разгаре?
«Блять».
- Надеюсь, я не опоздала, любимая семья?
«Блять. Блять. Блять».
- Привет, милый. Угадай, кто? - мои глаза накрывают прохладные мягкие ладони.
«БЛЯТЬ».
Я хватаю незваную гостью за запястья, до боли сжимаю их и стряхиваю с себя. Меня загнали в ловушку, окружили люди, которых я ненавижу больше всего на свете.
- Кейден, зачем ты это сделал? Мне ведь больно, - Лорин, вставшая передо мной, поняв, что поворачиваться к ней я не собираюсь, наигранно надула губы и злобно ухмыльнулась, - Почему ты не отвечал на мои сообщения? Не соскучился?
- Пошла к черту, - отвечаю я, смотря в ее змеиные глаза.
- Ты, в отличие от родителей, так и не научился гостеприимству и манерам, - говорит она, не прекращая улыбаться, - Но, я вижу, отец снова решил взяться за твое воспитание, - она тянет руку, чтобы провести пальцем по моему носу, но я перехватываю ее запястье и сжимаю сильнее прежнего, - Ай!
Лорин вытягивает руку из моей хватки и потирает ее.
- Некоторые люди никогда не меняются, - шипит она.
- Тебе ли об этом говорить, - цежу я в ответ, продолжая сверлить бывшую взглядом.
- Я думала, что нравлюсь тебе такой, какая есть, - она снова наигранно обижается, но, наконец, переводит взгляд на дверь, - Но это все лирика. Лучше смотрите, кто пришел!