Кейден выглядел ужасно - на нем совершенно не было лица, кажется, будто он не спал целую ночь. Но самым неприятным зрелищем был его нос - с ссадиной и синяком, слегка заходящим на глаза.
Он что, подрался?
Я хотела было с ним заговорить, гадала, что могло произойти, ведь когда он уходил вчера с Норой, то выглядел вполне довольным. Но от ошибки меня спасла миссис Никсон, начав урок.
Очевидно, внешние изменения Кейдена заметила не только я. Весь класс игнорировал слова учительницы, пялясь на него. Брюнет же выглядел совершенно отстраненно, будто вокруг него ничего не существует. Хоть он и сидел ко мне спиной, я чувствовала его напряжение чуть ли не физически, и от этого мне становилось не по себе. Но, как ни странно, внимание класса быстро переключилось на миссис Никсон - кажется, подобное с Кейденом случалось не в первые и не было сенсацией. От этих мыслей мне почему-то стало грустно, но я, собравшись, все же переключилась на математику.
После звонка Кейден сидел так же неподвижно, как и в течение всего урока. Из класса уже все вышли, а он так и не двинулся с места, и у меня вдруг родилась бредовая мысль о том, что он хочет, чтобы мы остались наедине. Я всеми силами пыталась заставить себя выйти из класса и закинула сумку на плечо, собираясь ретироваться, но он вдруг повернулся ко мне.
- Не надоело пялиться на меня? - в его голосе звучала ненависть и злоба, - Может, ты уже уйдёшь?
Вопросы Кейдена буквально застали меня врасплох. Вчера вечером он был таким, не знаю, человечным, а сегодня, видимо, снова решил играть в холодного принца.
- Не понимаю, о чем ты, - ответила я, поправив сумку на плече.
Я не хотела продолжать разговор, и, признаться, внутренне ругала себя за чувство жалости к Кейдену.
Но, видимо, у него были другие мысли на этот счет.
Мистер Астон Мартин медленно встает со стула и угрожающи подходит ко мне. Во рту пересыхает, и я начинаю пятиться назад.
- Мне, вообще-то, нужно идти, - говорю я, упираясь задом в стол.
Вот черт.
Пути отступления нет.
Он ведь не будет вымещать на мне свою злость от, очевидно, неудавшегося вчера дня.
- Знаешь, что я ненавижу больше всего, Фейт? - спрашивает он, а его карие глаза становятся черными от гнева, - Жалость. Меня тошнит от того, как жалостливо ты смотришь на меня.
- Я не…
- Ты не понравилась мне с самой первой секунды. Тогда, на парковке, ты выглядела до омерзения трусливо и глупо. А потом так мило ворковала с Тео. Может, это был твой хитрый план по завоеванию школы, маленькая мисс? Готова привлечь к себе внимание любыми путями?
Кейден опасно нависает надо мной, в его глазах - хищный блеск, а на пухлых губах самоуверенная, практически безумная улыбка.
Но это не заставит меня испугаться. Клянусь.
Чтобы не упасть, мне приходится облокотиться руками о стол, а брюнет продолжает наступать, ставя ладонь на край парты рядом с моим бедром. Я снова чувствую аромат парня, что-то древесно-мускусное, и жар его дыхания. Кейден всматривается в мое лицо, пытаясь понять эмоции, желая заглянуть в душу. Это будоражит меня, из-за чего я себя внутренне ненавижу.
«Толстушка хочет поиграть?» - слова из прошлого вспыхивают в моей голове с оглушительной громкостью, а глаза внезапно начинает предательски щипать.
- Пошел на хрен, Кейден! - резко выпрямляюсь и толкаю его в грудь.
Я так быстро вылетела из кабинета, что не заметила, как добежала до женского туалета.
Из глаз текут слезы обиды, а в голове вертится лишь один вопрос: «За что?». Что я всем им сделала? Что нашло на Кейдена? Почему он это делает? Почему я позволяю ему это делать?
Какой-то, нахрен, бред.
Мы знакомы всего три дня. Я обещала себе не втягиваться в неприятности. Может он так мстит мне из-за того, что не поверил, что я не подслушивала тот разговор в спортзале.
Что такого в этом разговоре?
Зачем он заставляет меня чувствовать это, какое ему вообще до меня дело и какого черта он позволяет себе приходить ко мне домой, зажимать меня второй день подряд и говорить эти ужасные вещи.
- Фейт, с тобой все хорошо? - из-за мыслей я не услышала, как Лили зашла в уборную, - Я увидела, как ты бежишь сюда, и подумала, что тебе нужна помощь. С тобой что-то случилось?