Ада схватилась руками за голову и застонала.
Все события прошедшего дня казались чем-то нереальным, однако парень с перевязанной головой, лежащий на её диване, доказывал обратное.
Девушка подошла к мужчине поближе и положила пальцы своей руки ему на шею. Живой.
Сейчас ей было просто необходимо немного проветрить голову и понять, как действовать дальше, поэтому Ада вышла во двор и уселась на ступеньках крыльца.
— Это просто немыслимо, — вслух проговорила она, — разве такое бывает? Мра-а-ак. Я не представляю, что с этим делать дальше.
А делать что-то надо было. У неё были свои планы и менять их категорически не хотелось, но и бросать незнакомца без помощи тоже было нельзя.
В это время года большая часть жителей пригорода уходили работать в поля или же на ближайшую фабрику, никто не желал тратить тёплые деньки на бессмысленные занятия, все старались успеть поработать как можно больше, пока не начнутся холода.
Вокруг было тихо и казалось, что Ада живёт тут совершенно одна. Именно поэтому девушка не переживала, что кто-нибудь из соседей увидит её в таком виде и пустит слухи.
Посмотреть тут действительно было на что: растрепанные чёрные волосы, частично прилипшие ко лбу, тёмно-зелёная рубашка и такие же штаны, все измазанные наполовину в грязи, наполовину в чужой крови. На лице у девушки красовалось несколько ссадин, а под глазами залегли глубокие тени.
Случайный прохожий мог бы подумать, что Ада всю ночь боролась за свою жизнь и, судя по тому, что она здесь, победила. В действительности девушка не ощущала себя победительницей, скорее наоборот, будто кто-то её очень сильно обманул.
Ада в очередной раз тяжело вздохнула и постаралась взять себя в руки.
— Мы ведь оторвались от погони. Так? — рассуждала она вслух. Девушка частенько так делала, когда начинала нервничать, — Незнакомец остался жив, верно? Верно. Значит, он сейчас очнётся, объяснит мне, что произошло и я отправлю его восвояси, правильно? Правильно! — улыбнулась сама себе девушка и резко вскочила на ноги.
Голова тут же откликнулась тупой ноющей болью на это движение. Ада немного поумерила свой пыл и уже медленным шагом зашла в дом. Мужчина продолжал лежать на диване, так и не изменив своей позы.
Ада хотела подойти к нему и всё же попробовать его разбудить, но в последний момент одернула себя и осталась стоять на месте, глядя на парня. Всегда решительная на людях сейчас она выглядела словно маленький ребёнок, который потерял свою маму и не мог без неё сделать и шага.
— Пожалуй, сначала приведу себя в порядок, — рассеяно проговорила она и отправилась в ванную комнату.
Ванная в этом доме была такая же небольшая, как и всё остальное. Стены внутри были обложены аккуратной белой плиткой, а на полу лежал пушистый синий ковёр.
Ада уже давно не нуждалась в больших горячих ваннах и пышном убранстве, она научилась обходиться малым и была вполне себе этим довольна.
Посмотрев на себя в зеркале, девушка ухмыльнулась. «Знатно меня вчера потрепало», — подумала она и, убрав волосы со лба, окатила лицо водой.
Приведение себя в порядок не заняло у неё много времени: она не те жеманные барышни, которым нужно часами наносить по несколько масок на волосы. Нет, у неё всё сильно скромнее.
Из ванной Ада вышла довольно посвежевшей и даже немного повеселевшей. До того момента, как её взгляд вновь наткнулся на мужчину, лежащего в постели.
Всё-таки надо его разбудить. Других дел у неё сейчас не было, да и откладывать разговор с незнакомцем было бессмысленно.
Ада на секунду сжалась, однако быстро опомнилась, решительно подошла к мужчине и легонько тронула его за плечо.
— Эй, — позвала она, — пора просыпаться!
Парень на это никак не отреагировал. Она немного потрясла его.
Тишина. Ада потрясла сильнее.
— Ну я же вижу, что ты живой! — возмущённо произнесла девушка, будто бы тот был виноват в том, что никак не очнётся.
Ответа так и не последовала, а сильнее трясти парня Ада остерегалась из-за его ранения.
— Кстати, о нём, — она аккуратно приподняла голову мужчины, чтобы посмотреть всё ли там в порядке, — да ты издеваешься!
На повязке большим пятном выступила кровь, и девушка поняла, что ей снова придётся перевязывать ему голову.
— Зачем я вообще в это во всё ввязалась, — уже который раз подряд повторяла она, разматывая старую повязку и накладывая новую.
За всё время, что она с ним возилась, мужчина даже не пошевелился. Если бы не редкий пульс, который можно было прощупать у него на шее, девушка бы решила, что он всё-таки умер.
Ада была в замешательстве: она не знала лекарского дела и не понимала, насколько нормально происходящее, но обратиться к нормальному лекарю она опасалась, всё же парня пытались убить, преследуя непонятную для неё цель.