– Госпожа, откройте, – узнала я голос Мэгги. – Отодвинув столик от двери, я запустила служанку. – Я придумала, как вам сбежать! – воскликнула она, едва переступив порог комнаты.
Дьявол уже покинул кладовую, дав несколько распоряжений Патрику и бросив многозначительный взгляд на мое платье, которое я поклялась себе больше никогда не надевать. Чувствуя непонятный жар, охвативший меня, при мысли о Дереке, я принялась руками обмахивать лицо.
– Марисоль, – услышала я голос Брана, – ты просила дать тебе знать, когда явится священник. Так вот, он явился.
[1] Гартман Фон Ауэ (1170-1210)
[2] Пейре Де Барджак (начало XIII века).
[3] Бертран Карбонель (годы деятельности 1270–1300)
20
– Спрячь меня где-нибудь внизу, – бросила я Брану на бегу, торопясь спуститься в темницу до отца Георга, пока тот отправился выразить почтение новому милорду.
– Зачем тебе это? – удивился наёмник.
– Прошу, сделай, как я говорю, это очень важно, – взмолилась я, таща корзину с провизией, захваченной с кухни. – Я никогда тебя ни о чем не просила, и не попрошу.
– У меня приказ милорда не спускать с тебя глаз, – отрезал Бран.
– Да куда я денусь из подземелья?! – удивлённо воскликнула я.
На лицо мужчины легла тень сомнения. Он некоторое время напряженно собирался с мыслями, а потом согласно кивнул:
– Один раз, только один раз я исполню твою просьбу, – я вздохнула с облегчением, а Бран испытывающе посмотрел на меня и добавил: – но взамен, ты меня поцелуешь! Всего один поцелуй, что скажешь?
Мне казалось, что меня ударили по лицу наотмашь.
– Забудь, – пробормотала я, чувствуя, как внутри все оборвалось. В носу защипало. Мой план с треском провалился, и я, обреченно бросив корзину на землю, направилась в замок. Пройдя несколько шагов, я обернулась и мстительно добавила: – Я все расскажу Дереку!
– Что ты ему расскажешь? Что просила меня спрятать тебя в темнице? – обеспокоенно уточнил Бран.
– Да! И то, что ты согласился за поцелуй! – я всхлипнула, быстрым движением смахнула с ресниц слезу, и поспешила уйти со двора.
Я ругала себя последними словами. Какая же я глупая! Как я не предвидела подобный исход?! Все мои старания насмарку и я никогда не узнаю правду!
– Стой! – услышала я окрик в спину. – Я пошутил, – наёмник в два шага догнал меня и развернул в сторону темницы. Он подобрал оставленную мною корзину и всучил её мне. – Раз ты готова обо всем рассказать Дьяволу, значит, в твоей просьбе нет ничего плохого, – взволнованно произнёс Бран. – Пусть будет по-твоему. Один раз.
– Спасибо, – согласно кивнула я, не веря в то, что эта ситуация благополучно разрешилась.
– Только… эээ… Дьяволу не говори, ладно? – неожиданно попросил наёмник. Я снова кивнула, соглашаясь оставить наш разговор втайне.
Когда я пригрозила рассказать о его просьбе Дереку, то не думала, что Бран так отреагирует на мои слова. Я ожидала чего угодно, что он посмеётся, оставит без внимания, но никак не того, что он отнесется к ним серьёзно. Это открытие радовало и пугало одновременно.
Нам снова пришлось долго стучать, пока стражник не открыл нам. Он без слов пропустил нас и дал факел. Шаги гулко раздавались по подземелью, и скоро я услышала голос отца:
– Кто идёт?
– Это я, – воскликнула я и поторопилась к нему.
– Марисоль? – недоверчиво произнёс он, увидев меня. – Тебя давно не было, – с укором добавил отец.
– Простите, – тихо сказала я, проходя в его камеру и усаживаясь рядом с ним на жесткий топчан из прелой соломы. – Я принесла вам хлеб, сыр, горячее рагу и вино. Ешьте, пока не остыло.
Отец взял ложку и горшочек с рагу, отломил хлеб. Пока он утолял голод, я попробовала осмотреться в свете факела. Здесь было несколько камер, и я думала, где бы спрятаться, чтобы меня не заметили.