– Больше не называйте меня госпожой и не кланяйтесь, – сообщила я своим спутникам. – Для всех я... я – Питер! Просто Питер. Даже Пит!
– Конечно, госпожа, – согласился Джон, – как скажите госпо... Пит.
– Договоримся, что я – сын Мэгги, или, давай, назовем тебя Мэри? – предложила я служанке.
– Как скажете, госпожа, – приняла идею Мэгги и тут же осеклась: – ой, Пит.
– Надо добраться до таверны засветло, – сообщил Джон. – По ночам в этих лесах полно волков. Вам вчера несказанно повезло, что вы успели добраться до нашей деревни, а так, сколько заблудившихся путников здесь сгинуло!
Я и сама понимала справедливость его слов, сейчас, когда немалая часть пути была пройдена, мне не верилось, что я решилась на подобную авантюру. Знай, с чем мне придется столкнуться, наверно, так и осталась бы в замке, отбивалась бы до поры до времени от Дерека, а потом... Я не знаю, что было бы потом... При мысли о новом хозяине замка мне стало грустно. Интересно, как прошел его разговор с королем? Вероятно, он уже успел вернуться и узнать о моем побеге. Как он отреагировал? Будет ли искать меня или оставит все как есть? Я не желала себе признаваться, но, представив Дерека метущимся, отправившимся на мои поиски, на душе стало теплее. И я не могла понять себя. Я одновременно хотела и не хотела нашей новой встречи. После всего, что между нами произошло, после захвата замка и убийства Генри, я не должна испытывать к нему ничего, кроме ненависти. Но зная о том, через что ему пришлось пройти, с какой жестокостью была убита его семья, в чьей гибели был виновен мой отец, я не могла ненавидеть его.
Против воли в памяти всплывали его пламенные взгляды, слова, заставляющие бурлить кровь, а наша последняя встреча не выходила у меня из головы уже много дней и ночей, вынуждающая видеть сны, которые не должна видеть незамужняя целомудренная девица. Губы горели при воспоминаниях о поцелуях Дерека, кожа плавилась, стоило только подумать о его ладонях, ласкающих меня, тело наливалось истомой, стремясь снова оказаться в его сильных объятиях.
– Я обязательно должна исповедоваться, – раздраженно пробормотала я. – Просто наваждение какое-то!
– О чем вы, госпожа? – переспросила идущая за мной служанка.
– Да так, ни о чем, – отмахнулась я, а затем спохватилась: – мы о чем с тобой договаривались, Мэгги?
– О чем же? – не поняла она сначала. – Ох, простите, госпожа! Питер! Пит!
Я сморщилась и досадливо шлепнула себя ладонью по лицу: так мы далеко не уйдем!
– Не желаете ли совершить привал? – обернулся к нам Джон, когда деревья неожиданно расступились, и мы вышли на небольшую поляну. – Мы выйдем к дороге уже через пару-тройку миль, а там вы пойдете на юг и к вечеру должны будете добраться до таверны, где и переночуете.
Приняв наше молчание за согласие, юноша принялся собирать сухие ветки, и скоро мы уже грелись у костра. Я протянула к огню ноги в худых сапогах, которые так же, как плащ почти не удерживали тепло. С благодарностью приняла кусок мягкой лепешки с сыром и кожаную флягу с уже остывшим молоком. Солнце взошло высоко, но в данное время года совершенно не грело. От сырой земли шел холод, и я поспешила встать. Сестра Мередит строго настрого запрещала сидеть на холодном.
– Идемте уже, – поторопила я их. Раз уж отдохнуть не получится, то лучше не задерживаться в лесу.
К тому времени, когда мы вышли на дорогу, неудобные сапоги, большие не по размеру, натерли мне ноги, не спасали даже льняные шоссы, и я начала прихрамывать. Не желая привлекать к себе внимания, мы подождали в тени деревьев, пока проедет небольшая группа всадников. Джон помог мне выбрать потолще сук и обтесать его ножом от лишних ветвей, чтобы использовать его в качестве посоха. Я ругала себя за то, что согласилась переобуться в эту холодную и неудобную обувь, но сейчас уже ничего нельзя было с этим поделать.
– Здесь я оставлю вас, госпо... Пит и Мэри, – сказал Джон, обернувшись, чтобы удостовериться, нет ли поблизости лишних ушей. – Мне нужно возвращаться, а вы поторопитесь.
На прощание, поблагодарив его за помощь, я протянула ему небольшие серьги с топазами, за что получила возмущенный шик от Мэгги, но лишь отмахнулась от нее.