— Алоха, Келзи, добро пожаловать на Гавайи. — Протянув руку, Тейт намотал на палец прядь ее волос.
У Келзи перехватило дыхание.
— Совсем как сделали вы сегодня перед камерой, да, Келзи?
Чтобы скрыть смущение, девушка поднесла цветы гирлянды к носу и вдохнула в себя аромат орхидей, гипнотизирующий ее и обостряющий все чувства. Гирлянда скрывала румянец, появившийся на ее горящих щеках.
— Неужели я так и буду все время напоминать вам, что, делая так, вы портите волосы. К тому же это непрофессионально.
Келзи подняла одно плечо, по-прежнему прижимая к лицу гирлянду.
— Я знаю. Но ведь это выглядело так убедительно, разве нет? Именно так я сделала бы, если бы все происходило на самом деле.
— Ммм. — Разогнув палец, Тейт медленно убрал его, опустив рыжий локон поверх цветов. Потом Тейт опустил гирлянду к шее Келзи, так что нежные лепестки цветов коснулись ее кожи. — А что если мы ненадолго представим себя туристами? Пойдемте на пляж.
— Но… — Келзи подняла с плеч цветы. — Там очень ветрено. Я боюсь, что гирлянда пострадает и сказка продлится недолго.
— Это в любом случае продлится недолго. И неважно, туристка вы или модель. И то, и другое временно, и вы прекрасно это понимаете.
Келзи провела пальцем по лепестку орхидеи, наслаждаясь прикосновениями к щекам теплого ночного ветерка. Все временно — сказал только что Тейт. Возможно, она придала этим словам больше смысла, чем вкладывал в них он. Но Тейт дразнил ее, и Келзи не хотела оставлять это без ответа. Она не собиралась строить иллюзии относительно Тейта Александра, но не видела ничего плохого в том, чтобы воспользоваться ситуацией и попытаться пробить броню, которой он себя окружал.
— Значит, я буду наслаждаться всем этим, пока оно есть, — тихо произнесла она. — Спасибо. Но вам не надо все это делать. Не надо быть со мной таким милым и добрым. Не думаю, чтобы это являлось частью вашей работы.
— На сегодняшний вечер это именно так, — Тейт легонько подтолкнул Келзи к двери.
Они вышли на пляж. Луна напоминала медную монетку, висящую высоко в небесах, и правильный профиль Тейта красиво выделялся на фоне лунного света. Улыбнувшись, он взял Келзи за локоть.
— Снимите туфли. Сегодня вечером их положено нести в руках.
— Значит, мне можно замочить ноги?
— Безусловно.
— Забавно, правда? Я провожу целые дни у океана и еще ни разу не зашла в воду. Кто-нибудь все время волнуется, что я обгорю, испорчу волосы или купальник.
— Весьма разумные опасения. — Тейт с беззаботным видом скинул с ног мокасины. Они упали на песок, и Келзи подумала, что он еще, чего доброго, не сможет потом их отыскать. Но сегодня это не имело значения ни для него, ни для нее.
Наклонившись, чтобы снять туфли, Келзи увидела, как треплет ветер брюки Тейта. Сквозь тонкую ткань проглядывали мускулы его ног. Когда она выпрямилась, Тейт взял ее за руку и медленно повел к воде. Вода, теплая, как в ванной, коснулась ног Келзи и тут же отхлынула назад. Ноги ее стали погружаться в песок, и Келзи чуть приподняла брюки.
— Как чудесно! — вздохнула она, прислоняясь к плечу Тейта и закидывая голову назад, чтобы насладиться порывами ветра, играющего ее кудрями. Рассмеявшись, Тейт обнял ее за талию, и все чувства Келзи вдруг обострились, наполнились новым смыслом. Ей захотелось почему-то, как в детстве, покачаться на качелях, касаясь при этом теплого тела стоящего рядом Тейта. Желание вздымалось внутри нее, словно волна. Исчезли прочь все мысли, все страхи и опасения. Затем, словно смытые волной, охватившие ее чувства исчезли, и Келзи снова почувствовала себя маленькой девочкой.
— Мне так нравится здесь. Все это просто неправдоподобно. Здесь забываешь обо всем. — Келзи готова была заключить в объятия весь мир.
— Все это по-настоящему прекрасно, только когда даешь этому поглотить себя целиком и полностью. Чтобы океан ласкал твои ноги, а, приседая, ты касался волн руками. Вода словно хочет поиграть с тобой, словно уговаривает раздеться и поплавать немного.
— Эгей, Тейт Александр, — тихо сказала Келзи, поворачиваясь лицом к молодому человеку, по-прежнему обнимающему ее одной рукой. — А вы поэт! И вы думаете о том же, о чем я. Вот уж никак не могла предположить ничего подобного.
— Есть много вещей, о которых вы никогда даже не задумывались, — хрипло произнес Тейт и вдруг крепко прижал ее к себе. Сейчас Келзи не могла думать ни о чем. Он был так близко, что она не могла разобрать, морской ли ветерок касается ее щеки или это его горячее дыхание. Тейт крепко прижимал ее к груди, и Келзи вдруг почувствовала, как мнутся оказавшиеся между ними нежные цветы. Она чувствовала кожей пряжку на ремне Тейта, а туфли, которые держала в одной руке Келзи, легонько ударяли ее по бедру.