— А каковы же наши цели? — спросил я. — Мы собираемся каким-то образом его схватить? Взять на прицел?
Сперанца призналась, что не знает.
А вот Кейн, напротив, считал, будто бы он это знает.
— Все ясно. Мы сдадим его Эбберлайну. Меня больше не заботит, во что это может обойтись мне. Что бы ни выпало на мою долю, это ничто в сравнении… с тем, что пришлось пережить той несчастной, чей торс мы недавно предали Темзе. И женщинам, убитым до нее. И другим, после нее, если мы не… Страшно даже подумать, что может случиться, если мы потерпим неудачу.
— Вы храбрый человек, мистер Кейн, — заметила Сперанца. — Но поймите, я пошутила насчет пользы скандала, тем более когда речь идет о таком человеке, как вы… Если не тратить лишних слов, ваши шансы на выживание в каторжной тюрьме не слишком велики.
— Согласен, — сказал я. — Никакого Эбберлайна, по крайней мере до тех пор, пока мы не проясним ситуацию с Тамблти… Возможно, у него нет писем. Возможно, они у него есть и он отдаст их нам в обмен на исполнение этого его ритуала.
— Вы так добры, друзья мои. Слишком добры.
Кейн огорченно повесил голову.
Я боялся, что у него потекут слезы, но он лишь выдохнул:
— То, о чем мы тут с вами толкуем: вызывание демонов, встреча с убийцей-потрошителем, — все это сущее безумие…
— Мистер Кейн, — перебила его Сперанца, — сущее безумие — это то, в чем мы сейчас живем, а единственный способ спастись — в том, чтобы из этого вырваться. Согласны?
Судя по последовавшему молчанию, возражений не было.
— В таком случае перед нами следующие препятствия, — сказала Сперанца. — Сможем ли мы призвать Сета во второй раз, если будем причитать по покойнику, не имеющему к нему никакого отношения? Поможет ли нам безымянный мертвец?
Я сильно сомневался в том, что от безымянного мертвеца может быть какой-нибудь толк, однако был согласен с предложением Сперанцы вернуться на кладбище Манор-Парк и убедил в этом Кейна. Но прежде чем мы покинули ее салон, Сперанца перемолвилась со мной наедине, отослав Кейна в ее кабинет, чтобы он подписал ей экземпляр «Судьи с острова Мэн». На самом деле это был мой экземпляр, недавно ею позаимствованный, но не важно. Как только мы остались вдвоем, она, не теряя времени, прошептала:
— Соберитесь с духом, Брэм… И вооружитесь, ибо я напоминаю вам, что в редчайших случаях, но сейчас именно такой, мой римлянин рекомендует убийство. И не думаю, что это должен сделать Холл Кейн.
— Сперанца, — вырвалось у меня, — я не могу.
— Не можете, — сказала она, — однако, скорее всего, будете вынуждены, и тогда вы это сделаете…
И если так — упаси меня Всевышний! — чтобы набраться сил, мне придется вспомнить слова Бертона.
«В диких краях жизнь любого человека подвергается опасности днем и ночью, и он должен быть постоянно готов к самым решительным действиям. В противном случае ему лучше воздержаться от подобных авантюр».
Письмо
Торнли Стокер — Брэму Стокеру
Пятница, 21 сентября 1888 года
Брэм, мой дорогой брат!
Спешу заверить, что задержка с ответом на твое письмо от 17-го числа вызвана лишь тем, что здесь, в Дублине, у меня было много хлопот с Эмили, которой стало хуже. Твоя Флоренс, должен сказать, для нас настоящий бальзам, а Ноэль — сущее благословение. Уверяю тебя: я буду только рад, если они пробудут здесь, в Эли-плейс, столько, сколько потребуют твои обстоятельства. Их общество приятно и мне, и моей бедной жене. Но прости, я краду твое время: твои заботы сейчас гораздо важнее моих.
На твоем месте я бы беспокоился и по поводу американца, и по поводу Эбберлайна — именно в таком порядке. Не хочу утверждать очевидное, Брэм, а просто предупреждаю. Не стоит недооценивать инспектора! Разумеется, Эбберлайн наблюдает за вами. Он знает многое, раз нашел вас у леди Уайльд, расследуя дело об окровавленном плаще. Но ведь вы предполагаете, что за этим стоит Тамблти? Если это так — берегитесь! Вполне возможно, с помощью этого краденого предмета одежды он хотел пустить инспектора по вашему следу. Впрочем, ладно — вы ведь все равно больше об этом плаще не слышали.
Что касается ваших предстоящих действий — вызывайте демона с крайней осторожностью. Я бы не сказал, что полностью согласен с предложением леди Уайльд, но это мое личное, а никак не профессиональное мнение. Я хорошо знаю безумцев и встречал среди них немало убийц, но с такой степенью одержимости не имел дела никогда! Должен признать, что для меня этот вид озверения столь же нов, как и для тебя. Короче говоря, это нечто потустороннее, и попытка извлечь демона на свет из преисподней, как и указывает Сперанца, чревата риском, огромным риском. Результатом может стать как желаемый «диалог» — но можно ли урезонить одержимого? — так и новое кровопролитие.