– Вы хотели что-то конкретное обсудить? – спросил я, решив не тянуть с этим.
– Вопрос решить по поводу охранных фирм. Даже если Матчины расширяться будут, то всю Москву обеспечить охраной будет сложно. А пока я без дела сижу, новенькие на этот рынок лезут.
– Так не сидите без дела, – сказал я. – Мы расширяться в ближайшее время не планируем. Работы непочатый край, всем хватит. Или Вам помощь нужна?
– Авторитет великого мастера нужен, – сказал он. – У меня складывается впечатление, что сверху дали указание для МВД работу моей фирмы сдерживать. И взятки не берут, чтобы продвинуть этот вопрос. Я к Дашкову с этим обращался, но он требования непомерные выставляет. Проще закрыться или профиль работы поменять.
Я на минуту задумался. Юй Ми как раз подала для нас первую порцию чая, пахнущего очень вкусно. Примерно такой я и пробовал во дворце, в гостях у Елены Алексеевны. Некоторые сорта индийского чая ничуть не уступали китайскому.
Достав телефон, я пробежался по записной книжке, найдя номер Бабичева, главы упомянутого МВД. Он мне его сам оставлял, говоря, что могу звонить, если что-то будет нужно. Нажал кнопку вызова. Ответил Бабичев почти сразу.
– Слушаю, – раздался в трубке сильный голос.
– Егор Васильевич, Матчин Вас беспокоит.
– Узнал, – обрадовался он. – Спешу поздравить, Кузьма Фёдорович. Получить в твои годы дворянство – это сильно. Когда планируешь приём проводить?
– Спасибо. Я только сегодня узнал, поэтому ещё ничего не готово. Я Вам обязательно приглашение пришлю.
– Непременно буду, – произнёс он довольным и жизнерадостным тоном. Видно, что настроение у него было прекрасным.
– Егор Васильевич, у меня вопрос к Вам есть. Слышал, что кто-то из вашего ведомства зажимает род Трубиных, не давая им работать. Очень это меня огорчает.
– Так ведь бизнес, – не понял он. – Чем хуже у конкурента, тем лучше нам.
– Не всегда это так работает. Они хотя и конкуренты, но с ними договориться можно, связи есть. А кто на их место придёт из новеньких, сказать сложно. Просьба у меня, Вы разберитесь с этим безобразием.
– Я тебя понял, Кузьма Фёдорович. Разберусь, не переживай. Я по ведомственным каналам получил информацию, что ты группу спецназа будешь подтягивать. Преимущество в ближнем бою даже для непрофильных мастеров.
– Было такое, обещал. Есть техники подходящие.
– Могу я в эту группу пару своих специалистов включить? Из отряда по контролю за одарёнными.
– Не вижу в этом проблем. Я, когда расписание подготовлю, позвоню вам.
– Это прям очень хорошо, – настроение у него ещё поднялось. – А то зажимают нас. Как в пекло бросать, так моих специалистов, а как техники полезные, так мы во второй очереди всегда. Буду должен, Кузьма Фёдорович.
– Всегда рад помочь, – сказал я. – До свидания.
Положив трубку, я посмотрел на Трубина. В принципе помочь ему можно было только из-за Дашкова.
– Бабичев обещал помочь, – сказал я. – Не знаю, как это должно работать, но если через неделю ничего не изменится, то позвоните мне или сообщение отправьте.
– Спасибо, – он благодарно кивнул. – Что я должен за услугу?
– Да ничего не нужно, – сказал я. – Чай очень вкусный, этого вполне достаточно.
Мы где-то минуту пили чай, после чего Трубин удалился, поблагодарив ещё раз. Следующие полтора часа я посвятил подработке, принимая мастеров и экспертов с перекосом баланса. Чаще всего ко мне люди шли с серьёзной проблемой, которую не могли решить сами, но иногда приходили очень наглые типы, не обладающие талантом или упустившие время для развития в молодости.
– Нормально всё у Вас с балансом, – сказал я мужчине тридцати пяти лет, щуплому и неказистому. – Внутренний резерв сил слишком мал, чтобы стать мастером. Значительно увеличить его можно только в период с двадцати и до двадцати пяти лет. Можно сейчас изнурять себя тренировками и стать мастером лет к сорока, но результат того не стоит.
– Но как же так, – он явно не понимал. – Ведь пятнадцать тысяч за консультацию.
Я только глаза к потолку поднял.
– Столько отзывов в сети, что можно стать мастером, – не унимался он.
– Мастером становится тот, кто к этому стремится изо всех сил, – сказал я. – Это стремление иногда приводит к перекосу баланса, о котором я говорю. Или на двери написано, что здесь пилюли раздают, которые людей в мастеров превращают?
– Но как же так! Это же…
Дверь в кабинет открылась, и на пороге показался крепкий мужчина кавказской наружности. Под мышкой он легко держал деревянный бочонок литров на двадцать пять.
– Что за скандал?! – произнёс он с заметным акцентом. – Что за шум? Мужчина не должен вести себя, как скандальная женщина.