Поднявшись по ступеням в дом, я остановился в дверях, глядя на просторный мраморный холл с двумя массивными лестницами. Обилие золота, картин, статуй и прочей роскоши — поражали. Я такие богато обставленные дома ещё не встречал. На балконе второго этажа появилась немолодая женщина в таком же халате, как и Тигранян, увидела дым, неспешно заполнявший помещение, и метнулась обратно в спальню.
— Чтоб вас черти забрали! — выругался я, стягивая дымящуюся и прожжённую в нескольких местах спортивную куртку и перекладывая сотовый телефон в карман штанов.
Если бы я был хозяином, то вряд ли бы пригласил Петра в дом. Может, только в подвал, но где он здесь, я сразу не сообразил. Помог взволнованный молодой парень, выскочивший из коридора первого этажа. На вид ему было лет семнадцать, модно одет, на шее большие красные наушники.
— Пожар? — спросил он, подбежав и как-то странно глядя на дымящуюся на мне одежду.
— Ага, горим, — кивнул я. — У вас в гостях парень должен быть, двадцать пять лет, зовут Пётр. Где его Карен держит?
— Не здесь, там, — парень показал взглядом на проход, ведущий на кухню. — В гостевом доме. А пожарных уже вызвали?
Я только рукой махнул, сбегая по лестнице. В это время ворота в поместье снесло ударной волной и во двор зашли мастера военных. Где-то на соседней улице зазвучала сирена полицейской машины. Я почувствовал мастера со стороны дальних ворот, но он быстро удалялся от нас. Скорее всего, тот самый подручный Тиграняна, которого я видел ночью, когда дрался с Суло. На пороге гостевого дома меня встретил крепкий мужчина в чёрной форме охраны, с дубинкой в руках. Я молча дал ему по шее, чтобы не мешал, но немного перестарался и он пролетел через весь коридор, ломая собственным телом дверь в кладовую или подсобное помещение. Зато вход в подвал нашёлся почти сразу, за тяжёлой металлической дверью с засовом. Узкая бетонная лестница и небольшое помещение, напоминающее камеру.
— Ну хоть так, — с облегчением вздохнул я, увидев Петра, сидевшего на низенькой металлической койке. Досталось ему крепко, даже учитывая, что он эксперт. Один глаз заплыл, нос, скорее всего, был сломан. — Ты как, живой?
— Ага, живой, — отозвался он, помахав рукой с парой посиневших пальцев. — Что-то ты быстро. Я тебя до завтра и не ждал…
— А я тебе говорил, что фигню сморозил во время турнира. Надо было мне просто билеты достать. Всё это потому, что с бандитами в игры… да что говорить, — я подошёл и помог подняться, придерживая его за локоть. — Рёбра целы?
— Не очень, — охнул он.
— Приходится мне за вас работу делать и с бандитами разбираться, — проворчал я, помогая ему дойти до лестницы. — Девчонок спасать…
— Как они, кстати? — немного оживился он.
— Видел их полчаса назад, они завтрак готовили и пирожки лопали.
— Карен тебя вспоминал, — сказал Пётр, хмыкнув и заохав от боли в боку. — Знаешь, как они тебя называют? Бешеный. Чуть что, сразу в драку… Боятся.
— Боятся — это хорошо.
Вместе мы выбрались на улицу, где суета только нарастала, так как главный дом начал гореть активней, а машины чадили ещё сильнее. Первая пожарная машина примчалась уже через три минуты, за ней почти сразу приехали две кареты скорой помощи. В одну из них я усадил Петра, отправив в больницу. Выглядел он неважно, и чем раньше попадёт в руки докторов, тем лучше. Полковник в это время беседовал с полицейскими, что-то объясняя, а братья Орловы с товарищами наведались в комнату охраны и вообще ходили вокруг словно туристы, делая удивлённые лица, глядя на почерневший от огня двор.