- Угу, - кивнула Лилия и Щит вновь заглянул в ей глаза.
Юный бог встал. Гремя цепями, приблизился к ней и протянул руку, помог встать, окидывая взглядом девичий стан.
- Пойдём, поток воды поможет мне скрыть энергию души и сущности во время передачи, - молвил он и повёл её в душ. Включил воду, отладил температуру и сбросив с себя одежду, встал под тёплые, ласковые струи.
- Смотри на меня, - низким, бархатным голосом прошептал он. – Подними взгляд и смотри на меня. Знаю, вот так с бухты-барахты, решиться на любовь с едва знакомым парнем трудно. Но я помогу тебе и постараюсь быть нежным. Иди сюда и просто стой. Я направлю тебя, - добавил он и протянул ей руку, Лилия приняла ей и бог, осторожно завёл её под тёплый ливень.
- Доверься мне, ведь я твой бог, - говорил он, снимая с девушки одежду.
- Я твой бог, - говорил он, глядя на нежную кожу, открывавшуюся его взору, манившую своим ароматом, что в миг, вскружил ему голову.
- Я твой бог, - говорил он, прижимая её ладонь к своей груди. – С этого мига только тебе позволено так прикасаться к моему телу. С этого мига я – твой, а ты моя.
Он затащил её под тёплые струи воды, прильнул в поцелуе к губам и отпуская желанье плоти на волю, одним, неопытным движеньем, забрал её невинность отдавая в замен всё ценное, что у него было.
Лилия вскрикнула от сильной резкой боли и слёзы ручьём потекли из её глаз, смываемые тёплыми потоками воды.
- Прости, моя богиня, больше подобного не повторится, - прошептал Щит, чувствуя как опустевшее тело, потерявшее божественную душу и сущность наполняет греховность тьмы. – Я столь же невинен как и ты, не знаю как нужно правильно действовать в подобной ситуации. Но.., - прошептал он и вновь посмотрел в глаза девушке, что была в его объятьях и лилия увидела, как нечто заволакивает его взор, делая его пугающим. – Но, я больше не могу сдерживаться, - добавил он и отдался на волю страсти.
Всю ночь юный бог познавал искусство любви, пропитываясь тьмой. Всю ночь он не выпускал из своих объятий обычную женщину. Его женщину, которой ему хотелось наслаждаться ещё и ещё. И с каждым разом он испытывал всё большее и большее удовольствие, ни с чем несравнимое наслаждение.
Даже цепи, ограничивавшие его передвижение, не смогли помешать Щиту, любить свою избранницу. И пусть они не любили друг друга духовно, зато телесные наслаждения превзошли все его ожидания.
Несколько часов любви подряд вымотали юного бога до такой степени, что они уснул с любимой в объятьях прямо на голом полу, позабыв о страхе и тревогах.
- Вы только посмотрите на них! – грубых хохот вошедших в потайную комнату стражников, разбудил Щита. – Времени зря не теряли.
- Ха-ха-ха. Я бы тоже не терял, если бы остался наедине с такой красотой,- указывая на нагую красавицу, спящую на груди молодого бога, заявил другой стражник, опуская подносы с едой на пол. – Молодец божок.
- Ладно, подрывайтесь, голубки. Новый день настал, - жадным взглядом лаская тело Лилии, заявил первый стражник. – Приводите себя в порядок, скоро господин проснётся и призовёт вас.
Щит быстро подскочил, поспешил первым делом прикрыть наготу Лилии, ибо тот взгляд, которым одаривал его женщину стражник, выводил его из равновесия. Странное, ранее неизвестное ему чувство жгучим пламенем ворвалось в его сердце, пробуждая желание разорвать в клочья наглеца. Никто не смеет так смотреть на его женщину. Только он имеет право на такие взгляды!
Он совершенно не думал о собственном внешнем виде, зато Лилию укутал с ног до головы и так увлёкся этим процессом, что не заметил, как стража ушла, и они вновь остались наедине. Двое мало знакомых создания, связавшие столь поспешно собственные судьбы, неловко молчали. Смущались, не зная, как теперь вести себя друг с другом.
- Давай кушать, - не смея посмотреть девушке в глаза, предложил Щит.
- Угу, - красная как рак Лилия кивнула в ответ и быстро принялась утолять голод.
Они молча ели, не замечая, как изменения, которым они положили начало, начали набирать обороты. Щит, едва мог думать о чём-то кроме плотских утех с Лилией. Его воображение рисовало всё новые и новые удовольствия с той, кому он отдал всё. И пришлось немало постараться, чтобы унять взбунтовавшуюся плоть и направить мысли в нужное русло.
- После завтрака, начинай молиться мне. Нужно к моменту встречи с правителем как можно больше энергии молитв накопить в моём теле, - бросив мельком взгляд на Лилию, попросил он и понял, что зря это сделал. Ведь теперь он опять не мог думать о предстоящем сражении за собственную жизнь, все его мысли сосредоточились на ней. Он думал о плотских утехах, и тьма всё сильнее и сильнее завладевала его телом, сливалась с его разумом, изменяла, а он совершенно не замечал. Как не замечала и Лилия, изменений творившихся в ней самой. Она просто завершила завтрак, привела себя в порядок и приклонила колени перед Щитом, прямо напротив той стены, к которой он был прикован. На довольно большом расстоянии, ровно настолько большом, что он не мог к ней дотянуться.