- Что ты делаешь? Иди ко мне, - удивился он, глядя на стоящую перед ним на коленях Лилию. – Я опять хочу насладиться твоим телом и ты, как моя женщина не можешь мне отказать.
- Могу, ибо сейчас я вижу в тебе не своего мужчину, а своего бога, потому хочу обратиться к тебе с молитвой о спасении, - объяснила она и принялась молиться, обращая всю энергию своих молитв только ему одному.
И Щит почувствовал её молитвы. Почувствовал, как энергия каждого её слова проникает в его тело, разливается по нему приятными волнами тепла, даря не меньшее удовольствие, чем плотская любовь с ней.
Лилия отчаянно молилась в ожидании неминуемой, мучительной гибели в лапах властителя демонов. Молилась искренне от всей души, от всего сердца, ибо не видела другого спасителя кроме него – её бога, её мужчины.
Его, невероятного жителя этого мира с необычайно длинной жизнью, вначале которой он стоял. Стоял начиная свой долгий путь через столетия к неминуемой старости, которую он встретит без неё. Лилия знала это, знала, что её человеческая жизнь на фоне его божественной всего лишь миг, но именно этот миг мог спасти его и дать шанс встретить старость, что придёт через века. Она знала это, чувствовала это, ибо его хрустально чистая душа, спрятанная в её теле, не могла лгать и молила о помощи и жертве. И девушка отозвалась на мольбы божественной души, поверила в силу молодого бога. Доверила ему всю себя и молилась, молилась, молилась.
Но день прошел, а владыка демонов так и не соизволил появиться, только стражи вечером явились дабы принести очередную порцию еды. Они окинули пленников насмешливым взглядом и не удержались от обидных речей.
- Ну что, радуйтесь, владыка вас оставил на последний час. У вас в запасе ещё денёк, подаренный его милостью. Так что, не теряй времени божок, люби девку пока можно.
Стражи ушли, оставив их одних. Бога прикованного к стене и девушку, сидящую на нарах.
- Цветочек, - сказал Щит, чей голос вновь стал бархатным. – Прикоснись ко мне. Подойди и прикоснись. Твои молитвы переполняют моё тело, сжигая страстью изнутри. Так подойди, сбей жар, позволь потушить это пламя.
Лилия смутилась, но после решила что терять ей больше нечего. Сколько той жизни осталось? Чуть меньше дня? А потом – смерть в муках. Так зачем строить из себя праведницу, раз она уже пошла на всё ради спасения собственной шкуры? Лучше по совету демонической стражи насладиться объятиями молодого бога, а потом – будь что будет. И она подошла. И она прикоснулась. И вновь торжество плотских утех подарило забвенье от ужасов реальности.
И чем больше она отдавалась Щиту, тем сильнее в нём воцарялась тьма и то, что когда-то казалось не приемлемым, теперь становилось нормальным. Чем больше он любил девчонку, тем сильнее привязывался к ней, и к вечеру следующего дня не мог даже мысли допустить о том, что кто-то кроме него будет к ней прикасаться. Но этот кто-то в виде тучного владыки ввалился в потайную комнату за несколько часов до полуночи.
- И так, - без всяких приветствий и церемоний он сразу подошел к Лилии и, взяв её за подбородок приподнял, заглядывая в глаза. – Пока я отдыхал, переваривая съеденных вы успели моим планам палки в колёса вставить. Гадкая девка, потеряла невинность и теперь стала менее ценной. Ты о чём думала отдаваясь представителю другой расы? Решила, что обесчещенная сможешь выжить? – спросил он, не отводя маленьких глазок на заплывшем жиром лице от глаз Лилии. – Ты ошиблась. От невинных мне сейчас пользы нет, а вот твоя запятнанная душа придётся весьма кстати, как и твоё тельце.
Правитель вывалил изо рта свой язык и медленно провёл им по девичей щеке, словно по рожку с мороженным.
- Ты такая грешная, стала ещё вкуснее, но.. – он опять принялся внимательно разглядывать её, стараясь что-то прочесть в её душе. – Сейчас в тебе слишком много сладострастия, ещё и счастьем припахаешь. Походу божок хорошо над тобой поработал, раз счастье затеплилось в тебе. Придётся это исправить. Не люблю счастливых, а вот несчастные страдальца мне весьма по вкусу.
Он поставил Лилию на ноги и переместил свою руку на шею, сжал пальцы, немного придушил, так чтобы девчонка закашлялась и довольно улыбнулся.
- Гляжу, ты уже смирилась с кончиной. Это не хорошо. В смиренных существах слишком мало жизненной энергии. Мне нужны бунтари с сильным духом, что станут сражаться за каждую минуту своей жизни до конца. Только тогда я получу нужное количество жизненной энергии для того, чтобы убить любого противника, вознамерившегося отобрать мою власть, - заявил он и отбросил лилию в сторону, словно тряпичную куклу.